21 июня 2021

понедельник, 00:06

$

72.22

85.99

Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Долгинка

, Воронеж, текст — , фото — Андрей Архипов
  • 25924
Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Долгинка Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Долгинка
Благодаря переселенцам разных национальностей поселок получил вторую жизнь

РИА «Воронеж» продолжает рассказывать о последних жителях умирающих хуторов и деревень региона. Журналистов интересует, останутся ли эти населенные пункты на карте через 10−15 лет или исчезнут вместе со своими последними жителями. Очередной выпуск спецпроекта посвящен поселку Долгинка Новохоперского муниципального района, где постоянно проживают девять человек.

Долгинка территориально относится к Терновскому сельскому поселению и отстоит от его центра – поселка Терновский – на 6 км.

История этих мест началась в 1812 году, когда здешние земли были дарованы герою войны 1812 года графу Раевскому. Сюда были завезены крестьяне с других губерний. А новейшая история Долгинки ведется с 1918 года, когда по инициативе Владимира Ленина был издан декрет об образовании 800 совхозов на базе крупных помещичьих хозяйств. Одним из них и стал совхоз «Терновский», отделением которого стала Долгинка.

В 60-е годы прошлого века в Долгинке насчитывалось более 100 дворов, работали две начальные школы, магазин, клуб, библиотека, фельдшерский пункт, общежитие, ферма.

Одна из здешних улиц даже носит название в память о совхозных временах – Фермская, есть и переулок Фермский. А две другие улицы называются Мирная и Степная.

Совхоза не стало во времена перестройки, но и сегодня стены бывших трехквартирных совхозных домов напоминают о тех временах.

Долгинка находится на возвышенности, она как бы доминирует над всей округой. Здесь просторно и легко дышится. И еще лет десять тому назад могло показаться, что поселок, где в 2009 году осталось всего 20 человек, ждет стандартная судьба подобных населенных пунктов, постепенно умирающих из-за отсутствия рабочих мест, оторванности от цивилизации и отсутствия элементарных бытовых условий.

Но у Долгинки, судя по всему, другая история.

Как ни странно, но кажущийся умирающим из-за небольшого числа жителей поселок выглядит перспективнее многих других, где населения гораздо больше. Достаточно сказать, что по нему только что был проложен асфальт – редчайший случай!

Глава Терновского сельского поселения Надежда Писеукова делает все и даже больше, чтобы неперспективная с первого взгляда Долгинка не только держалась на плаву, но и прирастала новыми жителями.

– Буквально две недели назад мы заасфальтировали несколько сотен метров, так что теперь по поселку можно проехать в любую непогоду. Скоро вкрутим 15 новых лампочек в фонари, проведем газ, если жители захотят, главное, чтобы поселок не канул в Лету, а прирастал новыми людьми.

Первой жительницей поселка, которую встретили журналисты РИА «Воронеж», оказалась 91-летняя Клавдия Петровна Сидорова, всю жизнь проработавшая дояркой на местной ферме. Но вот уже с 2010 года она на зиму уезжает к дочери в Анну, и лишь в теплое время года возвращается сюда – в свою молодость.

– Зимой тут одной тяжело, поэтому, когда холодно, уезжаю. Вся жизнь прошла здесь, а теперь, как в гости, приезжаю в собственный дом, – посетовала пенсионерка.

Специфика Долгинки состоит еще и в том, что здесь базируются два фермера – Мамед Музафаров и Валерий Кузнецов. Первый живет тут и держит коров, а второй – Валерий Кузнецов – из поселка Терновский, но в Долгинке находится его производственная база – склады и техника. А поля разбросаны по округе.

Когда Кузнецов работает на земле, за главного остается местный житель – 57-летний Александр Ищенко. Он подрабатывает у фермера сторожем и поваром: в его обязанности входит приготовление пищи для наемных рабочих, а также – пригляд за техникой и складами.

– Я всю жизнь проработал в здешнем совхозе трактористом, – рассказал Александр, переворачивая рыбу на сковородке. – Сейчас кашеварю на семерых человек, люблю борщи варить и с рыбой управляться. Какую-никакую копеечку мне хозяин платит.

Рядом с базой фермера – пустой дом, где прошло детство Александра. Родителей давно нет, а сам он живет в доме на территории машинного двора своего работодателя.

– Вот они, мои красавцы, – Александр показывает на кобылу Малышку и жеребца Орлика. – Иногда запрягаю их в кибитку и езжу по полям. Раньше тут жизнь кипела, а теперь поселок опустел. Хотя, может быть, все еще не так плохо – новые люди приезжают, работают на земле.

Собственно, благодаря тем самым «новым людям», о которых упомянул Александр, Долгинка и держится на плаву. Один из них – Тургун Али (по-здешнему – Толик) Халматов, осевший тут совсем недавно.

Инженер-теплотехник по образованию, он в 2010 году уехал со своей семьей из родной Киргизии сначала в Екатеринбург, а потом в Питер.

– Мы – таджики по национальности, ну, в общем, решили податься в Россию. Своего соседа Мамеда я знал еще со школы, мы с ним вместе учились в Киргизии. Он тут осел раньше, пригласил меня в пустующий совхозный дом. Несколько лет я уже здесь. У меня два сына, они учатся в школе в центре нашего поселения, и две взрослые дочери, которые остались в Северной столице. Жена Минавархон работает там же, в Питере, поваром в ресторане, но через пару недель она приедет ко мне и останется – все-таки жизнь в большом городе дорогая. А тут мы будем заниматься скотиной – земли вокруг много, и люди хорошие здесь, – рассказал Тургун Али журналистам из Воронежа.

Сегодня в его хозяйстве три дойные коровы и телята, которые пасутся по двору, огороженному «электропастухом».

– Я отремонтировал дом, пристроил к нему комнату, – рассказывает хозяин, – понемногу создаю уют. Жене тут нравится, она жила тут со мной до отъезда в Питер, а там, говорит, сильно устает – все-таки большой город, ритм жизни другой. В Долгинке хорошо: земли много, спокойно, новенький асфальт появился, постараемся провести газ, скотиной разжиться еще не помешает. В общем, собираемся тут с женой встретить старость.

Тургун Али показал бытовые мелочи, привезенные с далекой родины в российскую глубинку. Это, прежде всего, афтоба – кувшин для омовения перед молитвой.

– Приезжайте через пару лет, не узнаете наше хозяйство, – крикнул вслед гостям из Воронежа Тургун Али.

Второй из фермеров, базирующийся в Долгинке и дающий рабочие места жителям поселка, – Мамед Музафаров, который живет с супругой Назакет. Хозяину – 51 год, хозяйке – 47.

– Я родом из Киргизии, – рассказал Мамед, – в 1988 году осел было на Кубани, там встретил будущую жену, она из Грузии. По национальности мы турки-месхетинцы, приехали в Долгинку в 1992 году – неподалеку отсюда в Таловском районе раньше жило много земляков, они и посоветовали эти места. Здесь родились трое наших детей, подарившие трех внуков. Дети ходили в начальную школу, которая давно закрыта, и ее помещение сегодня примыкает к нашему скотному двору, туда иногда заходят телята и гуляют по бывшим школьным классам...

Музафаровы держат 50 коров, 70 голов овец, три десятка коз, плюс птицу. Трижды в неделю к ним приезжает молоковоз аж из Белгородской области и забирает 200 л молока на переработку. «Местные оптовики предлагают по 15 рублей за литр, а белгородцы берут по 20 рублей – бизнес, никуда не денешься», – пояснил хозяин.

Несколько лет назад фермер получил грант от областного правительства, который потратил на покупку коров и нового трактора.

– Обязательно буду расширяться, собираюсь строить ферму, уже закупил блоки для нее, – рассуждает Мамед. – Сейчас у меня дойное стадо из 15 коров, а надо бы иметь их не меньше 50−60. Плюс к молоку, держим бычков, сдаем их на мясо. В общем, скотина нас кормит.

Почти всю работу на ферме Мамед и Назакет делают сами, доят коров, задают им корма, а в межсезонье заготавливают их, правда, иногда приглашают в помощь и местных жителей. Одна из которых – Ольга Демина – в теплое время года пасет стадо коров.

– Мы кормим наших работников, одеваем их, платим деньги и даем молока сколько хочешь, – пояснила Назакет, – с соседями дружим, помогаем друг другу. Здесь очень хорошие люди, и теперь мы с мужем считаем Долгинку своей родиной. Дети с внуками часто приезжают к нам, и, кажется, немного даже завидуют здешним простору и тишине. Брат Мамеда купил здесь домик и тоже собирается перебраться поближе к нам.

Прямо возле двора Мамеда – фундамент бывшего совхозного клуба и общежития, метрах в ста – старинный, еще времен Раевских, погреб площадью 12х4 м, в котором в совхозные времена хранились продукты. Мамед его вычистил, укрепил, и сегодня он исправно служит новым хозяевам.

Соседка Музафаровых – 60-летняя Мария Крохмалева, корни которой в Мордовии. Девчонкой в 1978 году она приезжала в эти места на уборку свеклы, вышла замуж, осела тут, родились дети. Супруга Александра не стало в 2005 году, сейчас у нее двое детей и внук.

– В последнее время я работала почтальоном, – рассказала хозяйка. – Тогда познакомилась с местными стариками, многим из них привозила продукты. И сейчас двое из них на моем попечении – супруги Боковы. Николай и Мария инвалиды, поэтому я каждый день бываю у них, несколько раз в неделю привожу им продукты из магазина в Терновском. Меня никто не просил об этом, просто это общественная нагрузка, которую сама себе придумала – они мои подопечные.

Мария обратила внимание журналистов РИА «Воронеж» на интересный факт – в Долгинке никогда не было своего кладбища, а всех здешних усопших хоронили в соседней Тамбовке – поселке Таловского района, до которого два километра. А то самое кладбище отчетливо видно с холма.

– Мы всегда жили лучше соседей, – рассуждает хозяйка, – в Тамбовке был колхоз, а у нас совхоз, тем более что по рельефу Долгинка стоит намного выше Тамбовки. А теперь и там и у нас мало народа осталось. Но Долгинка точно умирать не собирается, у нас тут и рабочие места у фермеров есть, и асфальт новенький проложен, и газ рядом проходит. В общем, поселок точно будет жить, даже когда нас не станет!

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Главное на сайте
Сообщить об ошибке

Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: