13 июня 2021

воскресенье, 03:17

$

71.68

87.33

Легенды Воронежа. Мариинская гимназия, ставшая Домом офицеров

, Воронеж, текст — , фото — Михаил Кирьянов
  • 7027
Легенды Воронежа. Мариинская гимназия, ставшая Домом офицеров Легенды Воронежа. Мариинская гимназия, ставшая Домом офицеров
Спецпроект о городских достопримечательностях

Большое красное здание на остановке Комиссаржевской – ныне Дом молодежи – воронежцы по привычке называют Домом офицеров. Но его история началась гораздо раньше, в 1875 году, когда здесь появилась первая в городе казенная женская гимназия – Мариинская. Какой была жизнь гимназисток и что вспоминают воронежцы о старом Доме офицеров – читайте в очередном выпуске «Легенд Воронежа».

Как в Воронеже появилось женское училище

В середине XIX века в России назрела необходимость в создании казенных женских гимназий. Актуально это было и для Воронежа. Учебных заведений, где девочки всех сословий могли получить среднее образование, в городе не существовало. Дочери состоятельных родителей учились в закрытых частных пансионах либо обучались на дому.

– До революции система образования находилась в жесточайших рамках. В основном развивали начальное образование. Почему власть не позволяла развиваться среднему образованию? Это был путь к университету, а студенты были первыми бунтовщиками. Перед революцией 1905 года на всю огромную Воронежскую губернию было всего три полных мужских гимназии – это три средние школы, дающие право поступления в университет, – пояснил директор музея истории народного образования Воронежской области ВИРО и автор книги «История народного образования Воронежского края» Юрий Пыльнев.

В 1860 году Министерство просвещения выпустило важный документ – «Положение о женских училищах». В соответствии с ним по всей стране стали создавать женские училища первого и второго разрядов. В Воронеже училище первого разряда было открыто в 1861 году – тогда же, когда отменили крепостное право.

Спустя два года появилось женское училище второго разряда. Поскольку учебные заведения входили в ведомство учреждений императрицы Марии Федоровны, их стали называть «Мариинскими». А обучавшихся в них гимназисток – «мариинками».

В Мариинском училище первого разряда поначалу было всего три класса. Оно ютилось в неудобном наемном помещении на ул. Фроловской (ныне ул. Радищева). В 1862 году открыли четвертый класс, на следующий год – пятый, в 1864-м – шестой. С открытием в 1870 году седьмого класса училище переименовали в Мариинскую женскую гимназию.

Что же до женского училища второго разряда, то его переименовали в Николаевскую женскую прогимназию – ее здание по адресу: ул. Ф. Энгельса, 31, сохранилось до наших дней.

Содержалось училище на средства города и губернского земства. По словам Юрия Пыльнева, ведомство императрицы Марии Федоровны оплачивало только ставки учителей.

– Большую роль в поддержке Мариинской гимназии сыграл губернатор Михаил Чертков. Он ввел специальный налог на городских торговцев и ремесленников и на дворянские земли губернии, – отметил Юрий Пыльнев.

Благодаря Черткову в 1875 году в Воронеже для Мариинской гимназии было выстроено собственное двухэтажное здание из кирпича с двумя симметричными фронтонами и полукруглыми окнами. Оно расположилось на углу улиц Большой Дворянской (сегодня это проспект Революции) и Тулиновской (ныне – ул. Комиссаржевской). Проект здания выполнил архитектор Виктор Переверзев.

Ближе к нынешней улице Комиссаржевской располагался главный вход в гимназию.

Сейчас о нем напоминает уцелевшая до наших дней старинная кружевная чугунная лестница, по которой поднимались гимназистки.

Спустя 30 лет гимназия изменила свой облик – архитектор Александр Баранов надстроил позднее крыло здания со стороны улицы Тулиновской (Комиссаржевской) третьим этажом.

К Мариинской гимназии примыкал небольшой сад, принадлежавший Семейному собранию. Со стороны Большой Дворянской он был скрыт другими зданиями. Сад принадлежал Семейному собранию, поэтому именовался Семейным. В нем был летний театр и эстрада-раковина. Здесь любили собираться гимназистки, гимназисты и семинаристы.

Плата за обучение

Учебное заведение принимало девочек всех сословий, но за образование их родителям нужно было платить. Так, отмечает Юрий Пыльнев, в 1880-е годы за курс обязательных предметов гимназистки платили 30 рублей в год. К ним относились Закон Божий, русская грамматика, словесность, арифметика, география, история, чистописание, рукоделие.

Отдельно оплачивали необязательные дисциплины: французский язык оценивался в 10 рублей, немецкий – 5 рублей, танцы – 10 рублей, рисование – 6 рублей. Для сравнения, обучение в частном пансионе Цецилии Депнер стоило 200 рублей в год.

Перед поступлением в гимназию девочки сдавали приемные экзамены по Закону Божьему, русскому языку и арифметике.

Как отмечает Юрий Пыльнев, учебные программы женских гимназий по сравнению с мужскими были более легкими.

– Официальная педагогика связывала это с «особенностями женской природы», – добавил исследователь.

С какого же возраста девочек принимали в гимназии? В «приготовительный» класс – как минимум с 8 лет, в первый класс – в возрасте с 9 до 12 лет, во второй – с 10 до 13 лет, в третий – с 11 до 14 лет, в четвертый – с 12 до 15 лет. После окончания семи классов девушки имели право работать домашними учительницами. Восьмой класс был дополнительным, педагогическим: окончив его, гимназистки становились домашними наставницами (гувернантками).

– Женские гимназии давали законченное среднее образование. В отличие от гимназистов, выпускницы не могли поступать в университет. Но могли поступить на высшие женские курсы в Москве и Санкт-Петербурге. Но курсы не давали никакой специальности, а в дипломе курсисток не было указано, что они дают права на преподавание, – пояснил Юрий Пыльнев.

История сохранила имена известных выпускниц гимназии. Среди них – художница Елена Киселева и писательница Ольга Жучкова (впоследствии взявшая псевдоним Ольга Кретова).

ФОРМАлизм

Жизнь гимназисток была строго регламентирована. Как и ученики мужских гимназий, гимназистки не имели права появляться на улицах после восьми часов вечера зимой и после девяти – летом.

– Формализм и жесткая регламентация каждого шага делали обучение в женских гимназиях тяжелой повинностью. Без разрешения руководства девушки не могли посещать театры, концерты, библиотеки, публичные лекции, кондитерские. Чтобы посетить, например, театр, у руководства гимназисткам нужно было взять разрешительный документ – «билет», – рассказал Юрий Пыльнев.

У каждой воронежской женской гимназии была своя форма, которая отличалась по цвету. По словам Юрия Пыльнева, у «мариинок» форма была коричневой – такая форма была характерна для казенных гимназий.

Для сравнения, в гимназии Кожевниковой девушки носили синие платья, в гимназии Чернозубовой – желтые, в гимназии Мерчанской форма была цвета кофе с молоком, гимназистки пансиона Депнер носили зеленые платья, а ученицы гимназии Нечаевой – бордовые.

Краевед Ольга Рудева добавляет: готовую форму в гимназиях не выдавали, ее приходилось шить самим.

– Мамина подруга Капитолина Доровская, которая в детстве училась в Мариинской гимназии, рассказывала, что форма у «мариинок» была без талии, а юбка – прямая и в складку. Фигуру Капы такой фасон портил. Тогда ей пошили другой фасон – с юбкой- колокольчиком. Но стоило ей прийти в таком платье в гимназию, как ее тут же вызвали к директрисе. «Капитолина, что вы себе позволяете!» – отчитала она девочку. Юбку Капе пришлось перешивать, – рассказала Ольга Рудева.

Интересно, что при поступлении в воронежские частные гимназии девушки обязаны были взять с собой кровать, матрас, две подушки и даже набор серебряных столовых приборов!

«Бабушка надевала шляпу и держала прямую спину»

В годы Первой мировой войны в Мариинской гимназии располагался военный госпиталь. Несмотря на это, гимназисток из учебного заведения не выселяли и гимназия продолжала жить своей жизнью. 19 декабря 1914 года военный госпиталь навестил император Николай II.

Из его рук девять раненых получили серебряные медали на георгиевской ленте «За храбрость».

Встречу с императором запомнила бывшая гимназистка, Мария Гавриловна Добрякова, родная бабушка воронежской журналистки Евгении Томсон. В 1914 году Марии Добряковой было 10 лет.

– Бабушка вспоминала, что в день приезда Николая II на улице был сильный мороз. Руководство гимназии выставило девочек в одних формах на задний двор – встречать царя. Дирекция думала, что император приедет быстро. Но он все не ехал. Бабушка вспоминала, что ждать пришлось очень долго и все девочки ужасно замерзли. В конце концов, император, одетый в военный мундир, все же приехал и поприветствовал гимназисток, – рассказала Евгения.

Журналистка рассказала, что в гимназии девушкам давали всестороннее образование: ее бабушка умела играть на рояле и до самой старости разговаривала на немецком.

– Гимназисток заставляли держать ровную спину. Помню, что бабушка никогда не подметала пол веником – она привязывала к венику палку, чтобы не наклоняться. В лексиконе бабушки остались дореволюционные слова: к людям она обращалась «сударь» и «сударыня». Кстати, до самой старости бабушка одевалась элегантно и даже дома надевала шляпу, – вспоминает Евгения Томсон.

Бабушка Евгении вспоминала, что в гимназии устраивали вечера и балы – на них приглашали гимназистов из мужской гимназии, которая располагалась по соседству, в здании школы №28.

По словам внучки Марии Добряковой, в гимназии действовал драмкружок, где гимназисток учили актерскому мастерству. Занятия в нем пригодились Марии Добряковой уже вне стен гимназии, когда она выступала в любительском театре. Именно на его сцене 17-летнюю актрису увидел будущий муж – латвиец Макс Вильгельмович Томсон.

– Выпускницы Мариинской гимназии были видными женщинами. Они становились хорошими женами. Для бабушки гимназия была путевкой к счастливому замужеству, – отметила Евгения Томсон.

После свадьбы Мария с мужем переехали в Ригу. Мария Томсон родила пятерых детей, но выжили только трое. Макс был назначен министром сельского хозяйства Латвии. Его именем – Томсон – названа одна из улиц в Риге.

Но судьба сложилась так, что Макс Томсон умер под Воронежем. В 1941, когда к Риге подошли немцы, его семья успела эвакуироваться в Воронеж. Здесь министр сельского хозяйства стал работать в земельном управлении, а затем стал ректором Воронежского СХИ. А после освобождения Воронежа ректор помогал перевозить из Отрадного эвакуированную институтскую библиотеку.

– Дедушка вез ее по льду замерзшей реки вместе с профессором Владимиром Смольяниновым, но провалился под лед. Ему удалось выбраться из ледяной воды, но впоследствии он заболел и умер от менингита, – рассказала Евгения Томсон.

«Дедушка преподавал математику»

С Мариинской гимназией была связана и жизнь священника Дмитрия Казаневского – дедушки краеведа Олега Казаневского. Дмитрий Петрович преподавал гимназисткам Закон Божий и математику.

– Моя мама и ее подруга были филологами. Для мамы слово «интеграл» было чем-то страшным. Однажды она пришла в гости к подруге и с удивлением обнаружила, что та объясняет студенту высшую математику. На вопрос мамы, как ей, филологу, это удается, она ответила: «Я училась в Мариинской гимназии. На уроках арифметики Дмитрий Петрович Казаневский научил нас брать хитрые интегралы», – рассказал Олег Казаневский.

Дмитрий Казаневский был красивым и импозантным мужчиной. Как гласит семейное предание, гимназистки стайкой провожали его от гимназии до дома, держась на расстоянии 50 метров. Жил любимый преподаватель в одном из домов, располагавшихся позади нынешнего главного корпуса ВГУ.

Любимый преподаватель гимназисток был и депутатом Воронежской городской думы. И это, говорит Олег Николаевич, по-видимому, и сыграло трагическую роль в его жизни – во время Гражданской войны его дедушка исчез.

– По документам, дедушка попал в расстрельные списки. Но расстрелять его не успели. Он бежал из города, но во время Гражданской войны его могли убить где-то по дороге. Он пропал без вести вместе со старшим сыном, – рассказал Олег Казаневский.

Дом Красной армии

После 1917 года Мариинскую гимназию закрыли и преобразовали в семилетнюю 3-ю советскую трудовую школу. В 1924 году в здании разместился педагогический факультет Воронежского государственного университета, педагогический техникум и опытная школа.

В 1931 году здание бывшей Мариинской гимназии было расширено по проекту архитектора Якова Корнфельда – слева появилась большая пристройка для двух больших залов – на 600 и 200 мест.

Тогда же здание лишилось декора, было переделано в строгом стиле конструктивизма и стало называться Домом Красной армии им. товарища Ворошилова. Внутри разместились многочисленные кабинеты – боевой техники и тактики, связи, саперный, военно-химический, радиоузел, библиотека. Были даже комнаты отдыха и гостиница.

Во время войны зданию повезло – оно пострадало несильно. А в 1943 году начались восстановительные работы, которыми руководил архитектор Борис Зотов. Здание было перестроено, в нем появился величественный входной портик с тремя высокими арками.

Для его отделки строители использовали благородный черный камень – лабрадорит, который переливается ярко-синими «прожилками».

Говорят, что черные плиты были взяты с колонн разрушенного в годы войны здания обкома. С тех пор здание обрело свой привычный вид. Только вначале оно было окрашено в белый цвет, красной была только входная группа.

Свои двери воронежцам здание открыло в ноябре 1945 года. Теперь оно называлось Окружным Домом офицеров Красной армии.

Газета «Коммуна» писала, что в вестибюле висели два больших полотна – портреты Суворова и Кутузова, а стены были украшены орнаментом и барельефами вооружения. На втором этаже висел большой портрет Сталина.

– В этом здании отразилось все торжество Победы. Оно великолепно. Кстати, внутренние интерьеры были грандиозно декорированы – стены и потолки украшала лепнина и живопись. Говорили, что подвалы Дома офицеров были забиты трофейным антиквариатом из Германии, – рассказала Ольга Рудева.

Тогда же, отметила Ольга Рудева, в бывшем парке Семейного собрания установили памятники Ленину и Сталину. А у входа в Дом офицеров, под грушей, появился памятник пограничнику в дозоре.

– Красноармеец подозрительно смотрел на прохожих, держал на привязи овчарку и словно прятался за деревом. В 1970-е памятник исчез, – вспоминает Ольга Рудева.

В советское время в Доме офицеров действовала столовая. Вход в нее находился со стороны ул. Комиссаржевской – на месте бывшего магазина «Библиосфера».

– В столовой во всю стену висела картина маслом, а на ней – всякая снедь: артишоки, спаржа, дичь, экзотические фрукты и другие яства, которых в Советском Союзе никто не видел. Это был настолько забавный контраст! – с улыбкой вспоминает Ольга Рудева.

«Отец гордился Домом офицеров»

С Домом офицеров связана семейная история преподавателя английского языка и директора музея гимназии им. Кольцова Надежды Худенко. Ее отец, кадровый военный, подполковник Владимир Худенко, с 1961 по 1963 год был начальником Воронежского Дома офицеров.

Надежда Владимировна вспоминает: в 1950–1960-е Дом офицеров был одним из самых лучших мест для встреч и отдыха в Воронеже. За Домом офицеров был прекрасный парк с танцплощадкой и летним кинотеатром – Зеленый театр. Женщина вспомнила, что в парке собирались шахматисты.

– Парк утопал в цветниках, здесь росли уникальные деревья, работал фонтан. За порядком в парке смотрели не милиционеры, а военные патрули. В парке всегда был порядок – хулиганов здесь не было никогда, здесь никто не имел права курить и распивать спиртное. А вообще по городу ходило довольно много военных патрулей, ведь в Воронеже был военный округ, который позже расформировали, – рассказывает Надежда Худенко.

По словам Надежды Владимировны, в Доме офицеров были лучшие в городе бильярдные комнаты и библиотека с редкими книгами.

В самом Доме офицеров работала музыкальная школа, множество детских кружков и студий.

Интерьеры Дома офицеров были богатыми. Кабинеты были обставлены красивой мебелью, на стенах висели венецианские зеркала, на окнах – бархатные портьеры, а на полу лежали персидские ковры. Все эти вещи были трофейными.

По словам Надежды, гордостью ее отца был созданный им народный театр и новый танцевальный зал.

– Когда отцу пришлось покинуть Воронеж и уехать к месту новой службы, в танцзале вспыхнул пожар, он весь выгорел. Узнав об этом, отец пережил первый микроинфаркт. Как рассказывали сотрудники Дома офицеров, под тот пожар «списали» множество ценных трофейных вещей, – рассказала Надежда Худенко.

Год за годом Дом офицеров начал пустеть: очевидно, новое начальство забирало трофейные вещи к себе домой. Военная история здания закончилась в 2011 году – Дом офицеров попал в список 32 учреждений культуры, которые ликвидировало Минобороны.

Дом молодежи

Сейчас здание бывшего Дома офицеров официально называется Домом молодежи, а большую часть помещений занимает государственное бюджетное учреждение Воронежской области «Областной молодежный центр».

Часть помещений здания принадлежит филармонии. В самой старой части здания нынешнего Дома молодежи по-прежнему осталась старинная чугунная лестница, по которой поднимались гимназистки.

Бывший Дом офицеров – памятник культуры регионального значения. Внутри все еще остались следы былого советского прошлого.

Уцелели и советские скульптуры – солдат, спасающий ребенка и женщину, чудом уцелевшая фигура Ильича.

В просторном вестибюле стены украшены лепниной и горельефами на военную тематику. На второй этаж ведет красивая парадная лестница.

Внимание посетителей, оказавшихся на втором этаже, привлекают внимание красивые резные деревянные двери бывшего концертного зала.

В зале с советских времен осталась большая хрустальная люстра в виде звезды.

На втором этаже остались арочные окна в пол, через которые получаются красивые фотографии проспекта Революции.

На третьем этаже сохранился танцевальный зал с зеркалами и паркетом – тот самый, который пережил пожар.

Но с архитектурой здания, ее советским наследием диссонируют серые и черные цвета стен, лестниц, пола. В мрачные тона Дом офицеров начали выкрашивать в 2014 году, когда в здании располагалась Воронежская академия искусств.

Ректор Эдуард Бояков, по всей видимости, хотел избавиться от советского духа здания и провести в нем бережную реконструкцию по проекту московского архитектора Тамары Мурадовой. Та предложила отказаться от цветов в интерьере, сделав его монохромным, а само здание – серым. В рамках реконструкции перед фасадом Дома офицеров вырубили деревья. Но в 2015 году Эдуард Бояков ушел с поста ректора, покинул Воронеж, а проект реконструкции здания так и не был воплощен в жизнь. Кстати, многие воронежцы рады, что визитная карточка Воронежа в привычном красном цвете не стала серой.

Однако здание по-прежнему требует обновления и ремонта. Для этого достаточно посмотреть на задний фасад бывшего Дома офицеров, со стороны «Макдоналдса».

В 2019 году во время визита в бывшее здание Дома офицеров губернатор Александр Гусев распорядился разработать смету и проект реконструкции здания, после этого приступить к реконструкции. Планируется, что здесь появятся книжный клуб, коворкинги, конференц-залы и офисы для стартапов.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Главное на сайте
Сообщить об ошибке

Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: