15 апреля 2021

четверг, 01:14

$

75.68

90.54

Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Ульяновка

, Репьёвский р-н, текст — , фото — Андрей Архипов
  • 23440
Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Ульяновка Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Ульяновка
Корреспонденты стали свидетелями появления на свет нового местного жителя

РИА «Воронеж» продолжает рассказывать о последних жителях умирающих хуторов и деревень региона. Журналистов интересует, останутся эти населенные пункты на карте через 10−15 лет или исчезнут вместе со своими последними жителями. Очередной выпуск спецпроекта посвящен хутору Ульяновка Репьевского района, где постоянно живут шесть человек.

Ульяновка относится к Скорицкому сельскому поселению и от его центра – села Усть-Муравлянка – расположена примерно в 3 км. Хутор стоит в паре сотен метров от асфальта, соединяющего трассу Воронеж – Луганск с районным центром – Репьевкой. Во времена СССР на хуторе были начальная школа, клуб, мельница, общественные амбары.

Ульяновку основали переселенцы из села Богословка в 1924 году, хутору тогда принадлежали 520 га пашни и 120 десятин луга. Свое название Ульяновка получила в память о вожде мирового пролетариата Владимире Ульянове (Ленине), умершем в том самом 1924-м.

До 1950 года Ульяновка относилась к Богословскому сельсовету, а затем перешла в Скорицкий. В 1930-е годы шесть здешних семей были раскулачены, примерно столько же по вербовке уехали на Дальний Восток. А в 1953-м еще шесть семей в поисках лучшей доли переселились в Крым.

Единственная здешняя улица носит имя Ленина и тянется более чем на километр, брошенных строений в Ульяновке свыше десятка, а вся жизнь сосредоточена в трех домах, расположенных недалеко от бывшего центра хутора.

Напротив зарослей клена – дом пенсионеров Кузьминовых.

Хозяйка дома Наталья Михайловна не смогла пообщаться с журналистами РИА «Воронеж»: ей недавно сделали операцию, она пока не выходит из дома. А ее супруг, 68-летний Николай Андреевич, немного рассказал гостям об истории своей малой родины.

– Во времена СССР здесь было более 30 дворов, примерно 120 жителей. Напротив нашего дома сохранились остатки школьного парка, заложенного еще моей учительницей Надеждой Лалыкиной. В те годы здесь располагался крупный колхоз имени Свердлова, на хуторе были конюшни, овчарни. А потом овчарни перенесли на тот берег нашей речушки Лань, распахали ее берега – в общем, загубили речушку моего детства. А здание нашей школы сломали в 1972 году.

У Кузьминовых двое детей и трое внуков.

Раньше пенсионеры держали лошадей, коров, овец, а сейчас – в основном птицу. Силы уже не т. е. Правда, в день приезда журналистов РИА «Воронеж» хозяин отправился в соседнюю деревню покупать поросенка.

Главная семейная реликвия Николая Кузьминова – военная фотография его отца, ефрейтора Андрея Федоровича, среди прочих военных наград которого есть медаль «За отвагу». Памятный снимок был сделан в польском городе Кракове в 1945 году.

Кстати, в 1979-м колхозного передовика Николая Кузьминова премировали туристической путевкой в Польшу, и он тоже оказался в Кракове. Но так и не сумел определить, где именно было сделано то военное фото.

Николай Кузьминов – крайний справа (сидит)
Николай Кузьминов – крайний справа (сидит)

Прямо напротив дома Кузьминовых стоит столбик, как бы прикрывающий крохотный росток. Это черемуха, невесть как попавшая на это место. Хозяин оградил деревце, чтобы его не повредил ковш трактора, расчищающего зимой единственную хуторскую улочку.

Вокруг дома пенсионеров развешано около десятка скворечников. Есть они и дальше по хутору.

– Люблю скворцов, – признался Николай Андреевич. – Они словно жизнь в нас с бабкой заново вдыхают каждую весну.

Соседи Кузьминовых – супружеская пара: 55-летняя Валентина Рыбалченко и 60-летний Сергей Битюцких. Они живут в доме, который принадлежал еще деду Валентины. Естественно, новые хозяева почти полностью перестроили этот дом. Выглядит он хорошо даже по городским меркам.

Сергей – коренной воронежец, водитель по специальности. Валентина с 1989 года работает в медсанчасти одного из воронежских предприятий. В 2007 году они переехали в соседний хутор Заречье, когда там умер брат Валентины, и до осени 2020-го жили там, а потом перебрались в Ульяновку. Все это время по графику «сутки через трое» Валентина ездила на работу в Воронеж и обратно.

– Времени много уходит на дорогу, да и денег тоже, – посетовала Валентина Рыбалченко. – В Воронеже у нас с мужем есть комната в общежитии, но это общага, сами понимаете. Кто-то по соседству пьет, кто-то празднует. Свою комнату мы там закрыли и полностью стали деревенскими людьми.

– В город теперь мы точно не вернемся, – рассудил Сергей. – И здесь, на крошечном хуторе, можно вполне прилично жить. Важно, что здесь спокойно, малолюдно, асфальт в 200 м, машина своя есть, автобус на Воронеж и Репьевку мимо ходит. Что еще надо? Конечно, повеселее было бы, если бы новые люди приехали – домов брошенных много, земля хорошая вокруг, скотину разводить можно сколько угодно.

У супругов в хозяйстве козы, овцы, птица. Доят коз, выкармливают овец, тем и живут.

Овцы ручные, не боятся чужаков. Например, овцу Мосю, которая, как собачка, ходила за хозяином по двору, присутствие незнакомцев совершенно не испугало.

Входы в многочисленные сарайчики, где Валентина и Сергей держат животных, зимой завешаны хорошо сохранившимися старыми коврами, чтобы изнутри не уходило тепло.

А чемпионы Ульяновки по разведению скотины – 52-летний Роман Курбахаджиев и его 26-летний племянник Саид. У них более 100 баранов.

Роман живет в этих местах с перерывом с 2002 года – попал сюда после армии. Сперва уезжал и приезжал, а потом окончательно осел в глуши, несмотря на многочисленную родню и в Чечне, и в Калмыкии, и в Ставропольском крае.

На хуторе Роман пробовал заниматься бизнесом, шоферил на стареньком КамАЗе (который теперь собрался продавать), разводил скот.

Саид Курбахаджиев приехал в Ульяновку около полугода назад. Дома, в Калмыкии, он получил образование менеджера, но теперь вместе с дядей занимается овцами.

– Мне всегда нравилось работать на земле, – поделился Саид. – И я совсем не похоронил себя тут, мне действительно интересно заниматься овцами. Понятно, что я человек молодой, но если мне захочется съездить посидеть в кафе, познакомиться с девушкой, это не проблема.

Гостей из Воронежа Саид угостил квашеной капустой, которую научился делать еще давно, а также свежеприготовленным хашем и соленьями собственного производства. Традиционное чеченское гостеприимство никуда не делось и в российской глубинке.

Обращаться со скотиной парень научился еще в Калмыкии, где несколько раз принимал роды у коров и овец.

Кстати, во время визита журналистов РИА «Воронеж» в дом Курбахаджиевых одна из их овец начала рожать.

Дядя с племянником с озабоченным видом побежали вглубь двора, где на соломенной подстилке лежала овца.

– Крупный ягненок, – пробормотал Роман и поручил племяннику принести веревку.

Саид принес шпагат, который они привязали к уже показавшимся крохотным копытцам.

Через десять минут малыш появился на свет. Саид поднес его к лежавшей на соломе матери:

– Она должна облизать его, почувствовать, что это ее, родное. Иначе кормить не будет.

Уже через четверть часа ягненок начал подниматься на тоненьких ножках и тянуться к материнскому вымени.

– Ну вот, – резюмировал Саид, – а вы говорите, что «умирающий хутор». Какой же он умирающий, если прямо при вас его новый житель появился! Мы, скорее всего, станем фермерами, земли вокруг полно, овец разводить – вообще оптимально. А значит, Ульяновка, уже ставшая родной для меня, пока не умрет.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Главное на сайте
Сообщить об ошибке

Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: