Ленинский райсуд Воронежа оценил обстоятельства исчезновения у футболиста Кержакова 300 млн рублей при вынесении приговора бизнесмену Михаилу Сурину в четверг, 28 апреля. Судья Игорь Федотов, выслушав все версии, показания свидетелей и рассмотрев доказательства, изложил хронику событий похищения денег у бывшего форварда питерского «Зенита».

Как футболист стал инвестором, куда пропали его миллионы и какова судьба Михаила Сурина и завода, узнала журналист РИА «Воронеж».

Как Кержаков стал инвестором

Как установил суд, футболист Александр Кержаков позволил ввести себя в заблуждение на отдыхе в Объединенных Арабских Эмиратах. Там Кержаков через воронежского футболиста Ивана Саенко в январе 2011 года познакомился с депутатом Воронежской облдумы Русланом Лесных. От Лесных форвард узнал о строительстве нефтеперерабатывающего завода (НПЗ) в Панинском районе Воронежской области. Изначально Саенко жил в Воронеже по соседству с Евгением Ваниным, учредителем предприятия, поэтому знал о заводе. Согласно показаниям Ванина, он хотел построить НПЗ только на свои средства, но случился кризис 2008 года, и их не хватило. Поэтому потребовалось подключать инвесторов.

Футболиста заинтересовал проект НПЗ в Воронежской области, и Лесных познакомил его с директором ООО «Модуль» Михаилом Суриным. Фирма была владельцем строящегося предприятия. На тот момент Сурин лишь номинально участвовал ООО «Модуль», так как владел 50% долей компании.

 
 

– Не позднее 1 февраля 2011 года Сурин разработал план, как обмануть Кержакова. Он позиционировал себя в глазах Кержакова как владельца НПЗ. При вложении 100 млн рублей пообещал ввести Кержакова в состав учредителей и стабильный доход от инвестиций. Кержаков был введен в заблуждение. Желая получать стабильный доход от вложений, он отдал распоряжение руководителю филиала ООО «Газпромбанк», где был вип-клиентом, переводить средства Михаилу Сурину, – зачитал судья.

При знакомстве Сурин показал Кержакову на ноутбуке проект НПЗ и представился человеком, который управляет стройкой. Летом 2011 года после начала инвестиций футболист приезжал в Панинский район и посетил стройку, которая как раз шла полным ходом. У него на глазах Михаил Сурин отдавал распоряжения рабочим, поэтому Кержаков стал полностью доверять бизнесмену.

По версии Сурина, футболист сам предложил инвестировать в предприятие. Воронежский бизнесмен настаивал, что в тот момент Кержаков хотел вывести деньги со своих счетов, так как вскоре должен был начаться бракоразводный процесс. Однако эту версию опровергла бывшая жена форварда Мария Кержакова. Она пояснила, что у них с супругом был составлен брачный договор, по которому Мария не могла претендовать на деньги мужа при разделе имущества.

– Сурин имел несколько версий защиты. Он менял их в зависимости от получения новых доказательств. Многие из доводов Сурина не нашли подтверждения по делу, – такую оценку Игорь Федотов дал некоторым показаниям бизнесмена.

Что случилось с деньгами Кержакова

Александр Кержаков начал переводить деньги из «Газпромбанка» на счета Михаила Сурина со 2 февраля 2011 года. За первые два платежа – на общую сумму 110 млн рублей – директор ООО «Модуль» пообещал ввести футболиста в учредители. Вскоре после получения денег Сурин стал убеждать Кержакова, что вложений недостаточно и для высокого дохода в будущем нужно больше инвестиций. Кержаков по-прежнему просил сотрудников «Газпромбанка» переводить деньги на счета Сурина. Платежи возобновились с апреля 2011 года – Сурин получил еще 30 млн рублей – и после этого шли постоянно. С 5 апреля 2011 по 10 декабря 2012 года Кержаков перевел Сурину 282,5 млн рублей. Еще 21 млн рублей футболист передал наличными. Часть денег Сурин возвращал футболисту. Сумма хищений составила 300 млн 569 тыс. рублей, посчитал суд.

 
 

Михаил Сурин снимал деньги со счета и складывал в банковскую ячейку. Из них бизнесмен брал средства для покупки техники или стройматериалов. При вложениях доля Сурина в ООО «Модуль» росла. После инвестиций денег Кержакова в НПЗ он стал владеть 85% долей, первоначальный владелец фирмы Евгений Ванин имел только 15%.

Мошенничество Михаила Сурина заключалось в том, что он вкладывал деньги Кержакова в строительство завода как свои – вместо того, чтобы сделать совладельцем футболиста, решил суд. Документов после перевода средств Сурин для Кержакова не оформлял, если не считать один договор займа на 105 млн рублей до 2026 года.

По словам футболиста, Михаил Сурин назвал документ «формальностью» и снова обещал большие доходы – с 2012 года, когда завершится строительство НПЗ. Позже в деле появились еще три договора займа на остальные средства футболиста. Кержаков заявил, что не знает, откуда они взялись, и уверил суд, что не подписывал эти документы.

В начале 2013 года у Сурина начались проблемы в отношениях с Кержаковым, и бизнесмен продал свою долю в 85% Евгению Ванину. В договоре была указана сумма в 42,5 млн рублей. Не исключено, что фактически никаких денег Сурин не передавал: сделка была нужна, чтобы лишить возможности настоящего инвестора – Александра Кержакова – потребовать свои деньги обратно. Сурин признал это во время судебного процесса, назвав договор купли-продажи с Ваниным своей ошибкой.

Как сложилась судьба бизнесмена и завода

Александр Кержаков, поняв, что его обманули, когда пообещали «сделать истинным магнатом», обратился в правоохранительные органы. Петербургские силовики разбирались в запутанных схемах воронежской фирмы «Модуль» почти год. По итогам проверки следователи возбудили уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере. В апреле 2014 года Сурина арестовали и отправили в петербургское СИЗО. Там бизнесмен провел два года, категорически отказавшись признавать вину.

Когда расследование завершилось, дело передали в воронежский суд – по месту юридического адреса ООО «Модуль». В суде Михаил Сурин изменил тактику и признал вину частично. В последнем слове бизнесмен рассказал о череде «ошибок», из-за которых Александр Кержаков лишился возможности вернуть деньги. Сурин убеждал суд, что решения принимал не он, а реальное руководство фирмы.

 
 

– Когда Кержаков попросил документы об оформлении доли, я должен был самостоятельно собрать их и передать вместе с правами требования. Моя вина заключается в том, что я этого не сделал из-за того, что возможность диалога с футболистом была полностью утрачена. В то время Лесных убеждал меня, что сам разберется в ситуации, если я передам долю Ванину. Безусловно, я не должен был передавать эту долю в основном капитале Ванину. На тот момент можно было рассчитывать, что Ванин сам передаст долю. Я сделал еще большую ошибку, подписав соглашение о новации (соглашение сторон о замене одного обязательства другим – РИА «Воронеж»). В результате его подписания срок возврата по договорам займа был отложен на 8-10 лет, – объяснил Михаил Сурин в последнем слове.

Суд учел частичное признание вины Суриным и тот факт, что бизнесмен подписал с Кержаковым к концу судебного процесса договор уступки права требования с ООО «Модуль» на 70 млн рублей. Долг перед футболистом теперь составляет 220,5 млн рублей. Ущерб представители Кержакова будут взыскивать с Михаила Сурина в гражданском порядке, постановил суд.

Судья Игорь Федотов назвал смягчающими обстоятельствами отсутствие судимостей у Сурина, его прекрасные характеристики, наличие двух детей 10 и 12 лет. У бизнесмена три высших образования, одно из которых медицинское. Сам подсудимый после освобождения пообещал заниматься тем, что хорошо умеет – лечить людей, пойти работать в клинику, где его уже ждут.

Фото: 1 из 14

Фото — Андрей Архипов

Завод к апрелю 2016 года построен на 40-45%. Стройку фактически остановили в 2013 году. После возбуждения дела о мошенничестве проект НПЗ заморозили. Предприятие арестовали. Ленинский райсуд продлил арест на имущество «Модуля» до 8 июня 2016 года.

– Еще года два завод простоит под арестом, и его можно списывать, – прокомментировал это решение в суде его владелец Евгений Ванин. – Мало того, что он приходит в упадок, так ведь каждый месяц приходят счета по 700 тыс. рублей – налоги, коммуналка, охрана. У нас была задолженность по охране – 5 млн рублей! Судебные приставы в качестве оплаты забрали автомобили.

Руководство фирмы считает, что защита Кержакова хочет обанкротить предприятие – его стоимость оценивается в 600 млн рублей, – потому что Кержаков не стал ждать, когда вернутся его инвестиции, а захотел вернуть деньги немедленно.

Статья о мошенничестве в особо крупном размере, которую вменили Сурину следователи, предусматривает наказание до 10 лет лишения свободы. Гособвинитель Денис Гриценко предложил смягчить его – до 5 лет в колонии общего режима.

 
 

Судья Игорь Федотов определил в наказание Михаилу Сурину 4 года колонии общего режима. К моменту вынесения приговора Сурин отсидел два года – половину своего срока. Обычно в таких случаях осужденные могут просить об условно-досрочном освобождении. Однако за Суриным остается невозмещенный ущерб Кержакову в 220 млн рублей. Несмотря на долг, шанс освободиться условно-досрочно у бизнесмена есть, отметил адвокат Сурина Николай Алимкин.

Михаил Сурин отреагировал на приговор спокойно. Хотя бизнесмен и просил суд об условном сроке, вряд ли надеялся на такой исход дела всерьез. От комментариев Сурин отказался, сосредоточившись на общении с родными, которые подошли в зале к клетке.


×

Добавить издание «РИА "Воронеж"» в ваши источники?

Новости из таких источников показываются на сайте Яндекс.Новостей выше других

Добавить

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter