Тройка судей в апелляции Воронежского облсуда выслушала последние слова подсудимых по громкому «маковому делу» в пятницу, 12 февраля. Незадолго до этого стороны завершили судебные прения.

Осужденные к восьмилетним срокам в колонии за продажу наркотиков Александр Полухин, его дочь Евгения, жена Мария и ее сестра Нина Чурсина отчаянно защищались. По видеоконференцсвязи из СИЗО они представляли доказательства своей невиновности, которые, по их словам, не дали озвучить во время первого процесса. В завершение бизнесмены попросили суд об оправдательном приговоре.

В прениях 11 февраля защита владельцев кафе «Очаг» и сами подсудимые состязались с гособвинителем Ольгой Колтаковой, представляя разные доказательства по одним и тем же вопросам. Почти на каждый подробный довод предпринимателей о невиновности у прокурора нашелся короткий, но емкий ответ о виновности.

Довод первый. Спор о маке

Изначально защита владельцев кафе «Очаг» строилась на том, что пищевой мак не является наркотиком.

Что сказала защита

Как и в первом процессе в районном суде, Полухины и их адвокаты настаивали, что продавали пищевой мак, который наркотиком не является. Семья не отрицала, что покупала мак для выпечки и розничной продажи. Со ссылкой на независимую экспертизу предприниматели утверждали, что «чистый» мак без примесей невозможен.

 
Фото — Андрей Архипов

– Содержание сора и примесей в маке, который стал доказательством по делу, в 17 раз меньше, чем, согласно исследованию, необходимо для производства наркотика. Если за пищевой мак сажают, нужно запрещать в России все действия с маком – продавать его, перерабатывать, делать выпечку, – отметил в выступлении Юрий Михайлов, адвокат Александра Полухина.

Сам Полухин обвинил оперативников ФСКН в вымогательстве денег – после его отказа платить, утверждал предприниматель, якобы и появилось уголовное дело.

Дело это не о булочках с маком. С самого начала следовало ответить только на один простой вопрос – законна наша деятельность по выпечке булочек с маком или нет. Но при отсутствии доказательств все раздули, размазали на 6,5 лет, которые меня преследуют. Надругались над моей семьей, определив жестокие приговоры и пересажав всех,
Александр Полухин

Что утверждало обвинение

Полухиных судили за девять эпизодов сбыта и покушения на сбыт наркотиков и один эпизод приготовления к сбыту 4,8 т пищевого мака с соломой и опием, который изъяли в двух гаражах. В основу дела легли материалы, собранные сотрудниками ФСКН в 2009 и 2010 годах.

Полухины и Нина Чурсина участвовали в процессе по видеосвязи из СИЗО
Фото — Андрей Архипов

Обвинение утверждало, что наркоманы и агенты ФСКН покупали у владельцев кафе «Очаг» по 0,5 – 4,8 кг мака. Эксперты из УФСКН по Воронежской области написали в заключении, что в таких пакетах среди пищевого мака находилось по несколько граммов-десятков граммов соломы и опия.

– В квалификации действий по сбыту наркотических средств их размер значения не имеет, – отметила гособвинитель Ольга Колтакова. – Экспертизы проводили в двух учреждениях, и оба подтвердили наличие наркотического средства в веществе, изъятом в ходе следствия.

 
Фото — Андрей Архипов

До начала сбора материалов по делу Полухины в январе 2009 года получали профилактическое предписание, напомнила прокурор. В нем было написано, что в маке есть маковая соломка, запрещенная к реализации. Им предложили прекратить продажу мака. Полухины с этим не согласились и стали продавать мак «из-под прилавка», рассказала Колтакова.

Довод второй. Обвинения на показаниях агентов

Все судебное следствие Полухины и их адвокаты подчеркивали, что доказательства по делу якобы сфальсифицировали сотрудники ФСКН. Полухины утверждали, что в основу большинства эпизодов легли контрольные закупки засекреченных агентов наркополиции под псевдонимами «Кристина», «Альбина», «Рогов» и «Петров». Их данные в суде не раскрыли.

Что сказала защита

Полухины, Чурсина и их адвокаты настаивали, чтобы засекреченные свидетели дали показания в суде.

– Большинство обвинений строится на показаниях скрытых свидетелей, чего недостаточно при таком тяжком преступлении, – отметила в прениях Елена Полишко, адвокат Марии Полухиной.

 
Фото — Андрей Архипов

Ее поддержала адвокат Наталья Гончарова, представлявшая интересы Нины Чурсиной.

– Нет никаких доказательств того, что эти агенты действительно существуют. Большинство понятых в деле – студенты и стажеры ФСКН, которые позже стали сотрудниками, – пояснила Гончарова.

Что утверждало обвинение

Гособвинитель Ольга Колтакова пояснила, что использование свидетелей под псевдонимами полностью соответствует законодательству, как и возможность сохранить в тайне их личности.

Гособвинитель Ольга Колтакова
Фото — Андрей Архипов

– Неоднократное проведение проверочных закупок было вызвано необходимостью выявить всех участников преступления, каналы сбыта и приобретения наркотиков. Проверочные закупки проводились в отношении различных лиц, в каждом было обоснование оперативного действия. Они утверждены должностным лицом. Каких-либо нарушений при проведении закупок не имеется, – пояснила представитель обвинения.

Довод третий. Сомнения в судимых свидетелях

Жанна Деревенских и Татьяна Лиманская стали одними из немногих свидетелей, которые дали в суде показания по «маковому делу» воронежских бизнесменов. Согласно обвинению, обе покупали у владельцев кафе «Очаг» мак с содержанием маковой соломки. Жанну Деревенских в «маковом деле» назвали «дегустатором смеси»: она после употребления якобы давала Полухиным оценку о ее качестве мака.

Что сказала защита

В Левобережном суде Деревенских заявила, что свидетельствовала против Полухиных под давлением. Она сама в тот момент находилась под следствием за сбыт наркотиков.

 
Фото — Андрей Архипов

Жанна Деревенских сказала под присягой, что оговорила предпринимателей под давлением наркоконтроля, не знает их и мак не покупала. В 2010 году в обмен на дачу показаний против владельцев «Очага» ей якобы пообещали не сажать ее семью. Однако дочь Деревенских и она сама оказались за решеткой. Показания в суде Жанна давала за месяц до освобождения, на заседание ее привезли из СИЗО. Деревенских заявила об угрозах в следственном изоляторе, которые она якобы получила из-за намерений отказаться от показаний. Женщина просила судью Лебедеву отложить ее допрос на месяц, который ей остался до освобождения.

В апелляции адвокаты настаивали на приобщении показаний Деревенских к делу и исключении из дела эпизодов, которые строятся на ее показаниях.

Судья Владимир Сыроватский
Фото — Андрей Архипов

Вторым реальным свидетелем стала также судимая Татьяна Лиманская.

– Лиманская в своих показаниях называла только имя девушки, у которой покупала наркотики. Она указала, что Евгения была полного телосложения, со стрижкой каре и темными волосами, 35 лет на вид. Уже на основании этого описания можно исключать этот эпизод, – сказала Евгения Полухина.

Евгения – худенькая блондинка, в 2009 году ей было 24 года.

Что утверждало обвинение

– Показания Татьяны Лиманской являются последовательными и не противоречат другим доказательствам. Она опознала Евгению Полухину, у которой покупала наркотические средства, которые потом и сбывала. Вина Лиманской подтверждается приговором Лискинского райсуда, – отметила гособвинитель.

То же самое Ольга Колтакова пояснила про Жанну Деревенских, которая отбыла срок за сбыт наркотиков.

Адвокаты (слева направо) Владимир Моргунов, Юрий Михайлов, Александр Иванов
Фото — Андрей Архипов

Отдельно обвинение остановилось на показаниях продавцов, работающих в кафе «Очаг» и магазине. Они рассказали, что с лета 2009 года мак с содержанием соломки продавался в кафе по указаниям Евгении, Марии Полухиной и Нины Чурсиной только определенным лицам. Эти обстоятельства подтвердили показания свидетелей, которые употребляли наркотики и покупали маковую солому в кафе «Очаг».

Полухины и Чурсина не употребляли в разговорах слова «маковая солома» или «наркотики», они использовали названия других продуктов питания. В телефонных переговорах Чурсиной и Евгении Полухиной речь идет о двух шашлыках, которые нужно продать клиенту. Однако потом Полухина говорит по телефону, что к кафе подъехал полицейский «УАЗик», и потому продать шашлык она не может. Нужно подождать, пока они уедут. Что это за шашлык такой, который нельзя продать в присутствии полицейских?
Ольга Колтакова

гособвинитель

Довод четвертый. Алиби подсудимых

В рассмотрении дела в апелляции облсуда появилась справка из больницы, где лежала Евгения Полухина с 11 по 19 февраля 2010 года. За эти дни следствие вменило ей два эпизода продажи наркотиков. Защита настаивала на том, что Нина Чурсина и Евгения Полухина не могли использовать свои автомобили Mazda 3 и Toyota Yaris для перевозки мешков с маком.

Что сказала защита

При рассмотрении дела в апелляции появился документ, который свидетельствует о госпитализации Евгении Полухиной в дни, на которые пришлись события преступления.

Я потеряла своего первого и единственного ребенка 11 февраля, а мне обвинение вменяет, что я в этот день бегала по кладбищам и подворотням с мешками и продавала наркотики,
Евгения Полухина

Девушка напомнила, что ее автомобиль был в ремонте, когда, по наблюдениям наркополицейских, она с тетей перевозила сумки с маком из гаражей:

– Сотрудники ФСКН в одном из эпизодов, который приходится на июнь 2009 года, описывают автомобиль Чурсиной Mazda 3. При этом документами доказывается, что Чурсина купила машину в августе 2009 года, и в начале сентября получила на него регистрационные номера.

Что утверждало обвинение

Справка, которую предоставила Евгения Полухина о лечении в больнице, не ставит под сомнение выводы суда первой инстанции, уверена Ольга Колтакова. В приговоре речь идет о том, что Полухина продала наркотическое средство агенту «Альбина» в кафе «Очаг». Госпитализация имела место в 22 часа 11 февраля, а факт продажи был зафиксирован в 14 часов.

 
Фото — Андрей Архипов

Об алиби, касающихся автомобилей, гособвинитель ничего не сообщила.

Довод пятый. Отсутствие отпечатков и подтверждения права на гаражи

В прениях подсудимые и их защитники несколько раз подчеркнули, что ни на одном пакете с маком в случае контрольных закупок не оказалось отпечатков пальцев «продавца» – ни в одном из 9 эпизодов. Адвокаты также настаивали, что нет подтверждения того, что гаражи, из которых изъяли 4,8 т мака с соломкой, использовали Полухины.

Что сказала защита

– Ни на одном пакете, которые появились в ходе оперативных мероприятий, нет ни одного отпечатка пальцев Полухиных или Чурсиной. Нет видеозаписей контрольных закупок, несмотря на их большое количество в материалах дела. Также нет никаких подтверждений, что гаражи, где нашли мак, находились в распоряжении Полухиных, – настаивала в прениях общественный защитник Яна Орех, старшая дочь Марии и Александра Полухиных.

Что утверждало обвинение

Про отпечатки пальцев Ольга Колтакова ничего говорить не стала. Гособвинитель подробно остановилась на объеме изъятого из гаражей мака. В деле он проходит как подготовленные к сбыту 4,8 т мака с содержанием маковой соломки. Прокурор сослалась на справки с воронежских хлебозаводов о том, сколько тонн мака они используют для выпечки – как правило, от 0,5 до 2,5 т.

 
Фото — Андрей Архипов

– Трудно предположить, что объем продукции с содержанием мака в кафе и закусочной, находящихся на окраине города, соответствует трем предприятиям Воронежа, – пояснила Колтакова. – Мария Полухина во время предварительного следствия не отрицала, что взяла в аренду гаражи и использовала их для хранения мешков с маков. Наблюдения сотрудников ФСКН подтверждают, что Полухины и Чурсина приезжали в гаражи и привозили мешки и хозяйственные сумки.

 
Фото — Андрей Архипов

В пятницу, 12 февраля, прения завершились репликами адвокатов. Потом Александр и Евгения Полухины, а также Нина Чурсина выступили с последним словом. Продолжение резонансного процесса назначено на следующую неделю. После последнего слова четвертой подсудимой Марии Полухиной коллегия судей под председательством судьи Владимира Сыроватского удалится в совещательную комнату для вынесения апелляционного постановления. 

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter