Сувенирные лавки Воронежа завалены котятами разных цветов и оттенков – этот символ легко узнаваем, но, к сожалению, почти ничего не может рассказать об истории, традициях и духе черноземной глубинки. А между тем и карачунская глиняная игрушка, и уникальная воронежская матрешка не только живы, но и способны ударно работать на имидж региона – особенно на волне нового интереса к русской культуре. Как открыть этот мир для земляков и гостей области, вместе с экспертами разбиралось РИА «Воронеж».
Глина и дерево

Воронежская область не может похвастать такими брендами, как хохломская роспись, палехская миниатюра или уральские малахитовые шкатулки, но это вовсе не значит, что мы лишены своей ремесленной традиции. В старину промыслы бытовали повсеместно, и наш край не исключение.

– Ремесла развивались в зависимости от материала, которым богата та или иная местность. Где-то больше дерева, где-то – глины или камня. Для воронежского края характерны прежде всего резьба и роспись по дереву, а также гончарный промысел, – рассказывает заведующая отделом фольклора и ремесел Воронежского областного центра народного творчества и кино Елена Малай.
На научной основе

В советское время традиционные ремесла стали полноценной отраслью. С 1936 по 1997 год действовал Научно-исследовательский институт народных художественных промыслов.

– Это был мощнейший проект: искусствоведы и художники отправлялись в места бытования промыслов и работали бок о бок с народными умельцами, – говорит мастер изготовления традиционной карачунской игрушки, народный мастер Воронежской области Людмила Дедова. – Например, мы прекрасно знаем дымковскую игрушку, которая поднялась на этой волне. Это был бренд СССР, ее продавали за рубеж. К сожалению, та система умерла – теперь важно найти новый основательный подход.
Сегодня в регионе промыслы сохраняются в десяти домах ремесел, которые действуют на базе домов культуры районного уровня. Положение не назовешь блестящим: например, как отметила Елена Малай, в области осталось всего два мастера народных инструментов. Тем не менее традиции продолжают жить и даже развиваются благодаря энтузиастам.
Село гончаров

Кто и когда в селе Карачун Рамонского района слепил первую глиняную игрушку, неизвестно. Само село впервые упоминается в 1635 году – оно образовалось вокруг Богородицко-Сретенского Карачуновского мужского монастыря.
Благодаря запасам качественной глины Карачун стал главным гончарным центром губернии – изделия местных мастеров можно было увидеть на всероссийских выставках в Санкт-Петербурге.

– На рубеже XIX и XX веков в селе насчитывалось 400 гончаров – и это только мужчин, а ведь промыслом занимались и их многодетные семьи, – делится своими исследованиями Людмила Дедова. – Это мощнейший пласт. Основой была посуда: изготовление игрушки считалось второстепенным делом, и потому она не получила такого развития, как филимоновская, каргопольская или хлудневская.
Лето в Карачуне
В индустриальную советскую эпоху здешний промысел не угас, а получил второе дыхание: в 1935 году местные умельцы объединились в артель, которая выпускала традиционную посуду – крынки, кувшины, горшки, корчаги, макитры, а также цветочные горшки, копилки, миски, плошки и, конечно, игрушки.
В 1970-е годы на базе карачунского гончарного промысла была создана Рамонская фабрика художественной керамики, которая действовала вплоть до начала 2000-х. Сегодня Людмила Дедова вместе с единомышленниками возрождает методы, разработанные советским НИИ НХП.

– Важен глубинный подход, – убеждена она. – Сейчас все захватили кокошники и наличники – дизайнеры создают декор на их основе, не погружаясь в традицию. Но хочется внедрить ее в нашу жизнь, подружить с современным бытом.
Одним из результатов осмысления традиции стал изготовленный Людмилой Дедовой сервиз «Лето в деревне»: на фоне чайника, чашек и других приборов выделяется подсвечник в виде воздевшей руки женщины – характерный для Карачуна мотив, а покрытая зеленоватой глазурью красная глина вызывает в памяти образ высоких холмов донского правобережья.
Матрешка в поневе

Воронежская матрешка гораздо моложе карачунского промысла – она появилась на свет в 1969 году благодаря мастеру Елене Матвеевой.

– Наша матрешка отличается яйце-, или каплеобразной формой, – отмечает мастер художественной росписи по дереву, народный мастер Воронежской области Евгения Афанасенко. – И самое главное, одета в народный воронежский костюм. Так что художник не только должен уметь держать кисточку, но и знать, как традиционно одевались местные жители. А ведь воронежский костюм сложен: губерния заселялась выходцами из разных мест, вносившими в него свой вклад.

За полвека этот символ области научились узнавать и в стране, и за рубежом. Как правило, на голове у нашей матрешки – традиционный барановский платок: ярко-красный узорный ситец. Внизу – традиционная юбка-понева. Роспись матрешки – чрезвычайно тонкая работа, требующая художественного образования. Трудно изготовить и оригинальную форму.

– Хотелось бы, чтобы у нас был центр воронежской матрешки, где бы мы рассказывали про наш бренд и местный народный костюм. Люди потянутся, – уверена Евгения Афанасенко. – Я вижу большой потенциал в нашей молодежи – ее нужно только подтолкнуть, и у нас будет много ремесленников.
В поисках нового поколения
Разумеется, чтобы освоить ремесло, недостаточно посетить один мастер-класс.

– Умение складывается год за годом, – подчеркивает Людмила Дедова. – Проблема – найти учеников. Мы должны разбросать как можно больше «искр» – хотя бы одна из них в кого-нибудь попадет: так сформируется новое поколение мастеров.
По мнению Елены Малай, не стоит множить дома ремесел, размещая их даже в селах, где нет устойчивой традиции того или иного промысла. Правильнее – создать в областном центре ремесленный кластер, который бы сконцентрировал все наше наследие.

– Это должен быть симбиоз обучения, производства, продвижения, туризма, – считает она. – Кластер мог бы включать сувенирный магазин и школу, где любители и профессиональные художники изучали бы традиции, ведь не каждый может поехать в район.
Так ремесла могут получить новую жизнь, а произведения воронежских мастеров – заслуженную популярность.
