Солдат-срочник Антон Макаров убил трех сослуживцев в воинской части на воронежском аэродроме Балтимор рано утром в понедельник, 9 ноября. Одной из версий произошедшего назвали конфликт, повлекший нервный срыв у 20-летнего солдата. Юрист Общероссийской общественной организации «Комитет солдатских матерей России» Александр Латынин прокомментировал произошедшее по просьбе журналиста РИА «Воронеж».

Александр Латынин
Фото предоставлено Общероссийской общественной организацией «Комитет солдатских матерей России»

Специалист назвал поведение военнослужащего абсолютно недопустимым:

– Хвататься за оружие – удел либо военных на войне, либо преступников. Для остальных всегда есть выход. Если «допекло», военнослужащий может всегда самовольно оставить часть, прибыть в военную прокуратуру, военную полицию, комендатуру – словом, прийти в любой орган военной юстиции и заявить о неуставных отношениях. Органов много. В конце концов, можно позвонить родителям. Военнослужащий может ходатайствовать о применении к нему защитных мер, его могут командировать в другую часть, родители могут ходатайствовать за это. Но шамсутдиновщина должна быть исключена из жизни наших ребят, которые служат в армии РФ.

Осенью 2019-го военнослужащий Рамиль Шамсутдинов расстрелял восьмерых сослуживцев в Забайкалье. Причиной вспышки гнева солдата-срочника стали неуставные отношения и конфликты внутри части.

– Не могу не пройтись по тем людям, которые создавали группы в защиту Рамиля Шамсутдинова, называя его чуть ли не всеобщим героем, который поднял проблему неуставных отношений. Я считаю, все это должно быть признано незаконным. Из-за этого мы пришли к тому, что неокрепшие умы наших ребят уподобляются Шамсутдинову в надежде, что их признают героями. Этого допускать нельзя, – подчеркнул юрист.

Рассуждая о поведении воронежского стрелка, Александр Латынин обратил внимание на его личностные характеристики, которые стали известны из рассказов родных и знакомых:

– Если говорить конкретно о воронежском случае, то речь идет скорее не о неуставных отношениях, а о личностных качествах военнослужащего. Известно, что майор, которого солдат зарубил топором, не являлся даже непосредственным его начальником. Скорее всего, майор его даже не знал. Поэтому в этом случае неуставные отношения вряд ли имели место. Здесь скорее всего нужно рассматривать характеристики личности – а по разным источникам уже установлено, что военнослужащий Макаров – неуравновешенный, вспыльчивый человек.

Юрист также посетовал, что психические отклонения парня должны были заметить специалисты:

– Отрицать вину воинской части также нельзя. Психолог, который за свою работу в части получает зарплату, должен был выявить и доложить, что есть военнослужащий с нестабильной психикой. Можно пойти и дальше – почему он вообще медкомиссию прошел? Наши комиссариаты гонят всех подряд. В моей юридической практике огромное количество случаев, когда я защищаю призывников, у которых есть выписки о пройденном психиатрическом лечении, но военным все равно, они ставят «годен». Они хотят одного – выполнить план. Конечно, мы крайне негативно относимся к дедовщине и неуставным отношениям, но мы никогда не будем поддерживать убийц и становиться на их сторону. Выход есть всегда.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter