РИА «Воронеж» запускает новый спецпроект о молодых воронежских музыкантах. Первые в эфире – группа «Головогрудь», записавшая саундтрек к артхаусу «Гомункул».

В составе «Головогруди» – музыканты Владимир Рязанов и Константин Дебликов и танцор Дмитрий Ган. Год назад группа состояла из одного только Вовы, родом из села Гнилое в Воронежской области. Стихи и песни он пишет с 15 лет.

– Я всегда писал песни для гитары а-ля русский рок или бардовская песня. Я люблю разную музыку, и еще со школы слушал Gorillaz, – рассказывает Вова. – Во многом именно эксперименты Дэймона Албарна (основатель группы Gorillaz – РИА «Воронеж») сподвигли меня заняться электронной музыкой. Однажды я узнал, что он записал один из последних альбомов с помощью программы Garage Band на обычном айпэде. Я решил тоже попробовать. Первую песню сделал, конечно, с большими энергозатратами. Показал ее Кириллу (Савельеву, воронежскому фотографу, одному из режиссеров фильма «Гомункул» – РИА «Воронеж») и тогда же обозвал для смеха «Головогрудь». Но все это как-то не шло дальше. Потом я стал записывать коротенькие восьмитактовые фразы в других программах. Кирилл слушал эти треки, потом рассказал мне про «Гомункула» и сказал, что в таком духе получится отличный саундтрек к фильму. Мы выбрали кусочек, и я записал на его основе песню «Мартин Иден». Потом Кирилл сказал, что нужна песня на титре, и я записал «Все, как ты мечтала». Смысла в этом тексте нет абсолютно, это просто сведенные воедино наши деревенские приколы, присказки, которые выставлены в определенной последовательности. Например, фраза «четверть не пуста» означает, мол, посиди еще, пока есть, что выпить.

Еще одним толчком к написанию собственной музыки для Вовы стала воронежская группа «Другое дело».

– Я как-то наткнулся в интернете на запись песни «Если ты», где «Другое дело» играют в студии. Как только я нажал на play, я понял, что можно делать что-то такое, нешаблонное, новаторское. Первый гвоздь в фундаменте «Головогруди» – это албарновское легкомыслие по поводу выбора основного средства создания, второй – свобода группы «Другое дело» по отношению к форме. А третий – это примитивность, нарочитая инфантильность текстов группы «Карамазов Twins», которые записали саундтрек к фильму «Шапито-шоу». Песня «Мартин Иден» написана как «комплимент» способу стихосложения, который они использовали.

Свой стиль «Головогрудь» характеризует как outsider music и device infantile pop. Первое определение означает музыка непрофессионалов, тех, кто не учился и не зарабатывает ей. А второе Владимир Рязанов придумал сам.

– Девайсовая – подчеркивает, что она делается на устройствах вроде простого телефона. Никаких серьезных инструментов. Музыка, которую можно делать в автобусе, на ходу, на колене. Программ для создания такой музыки довольно много. У нас так было изначально, сейчас стали более серьезно подходить к записи. Инфантильная – ну, тут все понятно. Детская, наивная музыка. Само название «Головогрудь» не подразумевает никакого другого смысла, типа как Radiohead. Дети в 2-3 года начинают произносить взрослые слова, не свойственные детям, считая, что в этот момент они становятся старше, выше, умнее. Бегают и кричат, например, «Кишечник!». И вот «головогрудь» – это одно из таких слов. Это попытка детей зацепиться за взрослый мир. Все творчество группы «Головогрудь» имеет под собой такой фундамент. Это основная идея, отталкиваясь от которой, мы придумали и название, и жанровое определение.

 
 

Владимир Рязанов работает оператором ТВЧ-станка в фирме по изготовлению натяжных потолков, а Константин Дебликов – журналистом. Участники «Головогруди» никогда не пытались продавать музыку, не занимались раскруткой. Парни говорят, что им повезло с компанией. Среди их друзей – воронежские режиссеры артхаусного фильма «Гомункул» Роман Дмитриев и Кирилл Савельев, которые подтолкнули их к записи песен, а сейчас снимают для них клипы.

– Клипы – это очень серьезная работа наших друзей. Мы сами не участвуем в их создании, – говорит Вова Рязанов. – Я вообще не разбираюсь ни в живописи, ни в архитектуре, ни в чем, на что надо смотреть глазами. Просто уважение к Кириллу, Роме и Косте настолько велико, что я вообще стараюсь не обсуждать их работу. Кирилл придумал клип на песню «Зеркало», когда собирался на учебу. Я послал ему демо-запись, он ее слушал, а в это время по телевизору без звука шел мультфильм «Боцман и попугай», и он понял, что это прямо оно.

Костя занимался в музыкальной школе по классу гитары, а Вова – самоучка. Как и многие, он научился играть на гитаре после того, как папа показал ему четыре аккорда. Парни говорят, что сегодня уже пришло время музыкантов, которые не знают, что такое тональность и разрешение аккордов.

– Мне трудно отделить от себя какой-то опыт и сказать, помогло ли мне музыкальное образование или нет. Я не знаю, может быть, если бы его не было, все было бы точно так же. Но, конечно, лучше иметь музыкальный слух, чем не иметь, – отмечает Костя.

Вова признается, что, когда приехал в Воронеж, был мало знаком с современной песенной поэзией – тексты Виктора Цоя и Бориса Гребенщикова были для музыканта своеобразным «потолком». Сейчас музыкант во многом ориентируется на поэзию символистов и ОБЭРИУтов.

– Про стихи сложно разговаривать, это непонятный процесс. Тексты рождаются интуитивно. Цепляешься за словосочетание или слово и вытягиваешь из него что-то. Например, текст песни «Домой» я написал на работе. Мы были на заводе вдвоем с парнем, и тут у него жена начала рожать, и он уехал. Я остался один, и получился такой вот жесткий текст про детей. Что они будут счастливы, а мы не будем. Это все дело настроения. Бывает, что что-то пишется, а второй куплет добавляется через месяц. Что-то дозревает, а чему-то нужно просто элементарно время и усидчивость. Бродский уже к 20 годам умел писать продуктивно. Я так не могу, да я и не настроен на профессионализм, на долгосрочную перспективу. Делаю, пока мне нравится. Нет нужды куда-то спешить.

Пока за плечами участников группы всего несколько квартирных выступлений и два концерта на воронежских площадках. Первый прошел в баре BKWSK год назад, когда в составе группы был всего один участник. Владимир Рязанов вспоминает, что тогда он был на сцене с одним телефоном.

– Многим организаторам нужно, чтобы ты скакал по сцене, играл вживую соляки на гитаре. Они просто не понимают, как это – играть музыку на телефоне, – рассказывает Вова. – Когда нам пишут с предложением выступить, я первым делом отвечаю – у нас вот так все устроено: телефон, ноутбук и подтанцовка. Вас это устраивает? Если устраивает, сразу понятно, что они сумасшедшие, и с ними нужно общаться. А когда люди начинают нукать, ясно, что с ними не стоит связываться.

Танцор у группы появился недавно – теперь во время квартирников и концертов вместе с музыкантами на сцену выходит Дмитрий Ган, воронежский художник-иллюстратор, исполнитель роли одного из гопников в фильме «Гомункул».

– Все знают, что Ган лучше всех танцует. Я заметил это тогда, когда Алекс Парк вывел его из BKWSK, – смеется Костя. – Он не был пьяным, но танцевал так, что его вывели. Именно тогда я понял, что он лучший танцор. Нам повезло, что он согласился выступать с нами.

 
 

Из-за занятости на работе у парней остается немного времени на то, чтобы встречаться для репетиций. Музыканты отмечают: будь у них возможность уехать куда-нибудь хотя бы на пару недель, чтобы запереться и поработать над альбомом, как это делают многие серьезные группы, дело двигалось бы быстрее и толковее. Сейчас «Головогрудь» стала серьезнее подходить к записям песен – теперь в их арсенале миди-клавиатура и несколько компьютерных программ для выравнивания звука. Они уже не отрицают возможности сперва записывать песни на нотную бумагу. А еще обдумывают предложение о сотрудничестве от воронежского басиста. Следующий альбом «Головогрудь» планирует впервые не собрать постфактум, а записать от начала до конца.

– Мы продолжим держаться философии несделанности, непрофессионализма. Она заключается не только в том, что все сделано на девайсах, но и в нашей собственной ограниченности. Мы так себе оцениваем себя как музыкантов и не строим никаких иллюзий. Мы делаем так, как получается. Но делаем это искренне, – говорит Костя. – Несделанность – это не цель, а концепция. Концептуально все равно всегда прослеживается эта идея – легкомысленная музыка или детский, наивный текст. Хотя она может быть сыграна супер-оркестром, она все равно останется легкомысленной по своему настрою.

 
 

У Кости и Вовы есть идеи еще для нескольких проектов в других стилях, но парни не загоняют себя в рамки. Вполне возможно, что и в «Головогруди» зазвучат акустические инструменты.

– Возможно, если хватит мощности, будем разделять все это, как делает тот же Ярослав Борисов (воронежский композитор, создатель групп «Другое дело», Happyy55, «Цёй» – РИА «Воронеж»), – говорит Вова. – Но с другой стороны, и в «Головогруди» можно использовать хоть гитару, хоть арфу, хоть пилу. В конце концов, определении device infantile pop я придумал сам, и могу поворачивать его, как захочу.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter