Воронежское региональное отделение Минюста начало процедуру включения в список «иностранных агентов» воронежского Центра по защите прав СМИ. Поводом для этого стали гранты, которые организация получала по нескольким европейским программам для организации просветительских мероприятий в сфере медиа-права и защиты прав журналистов и СМИ, и якобы «политические» высказывания руководителя Центра Галины Араповой. Журналисты РИА «Воронеж» разобрались, чем занимался Центра по защите прав СМИ, как Галина Арапова комментировала его работу и чего могут лишиться российские СМИ в случае, если работа Центра будет ограничена статусом «иностранного агента».

Что такое Центр защиты прав СМИ?

Центр защиты прав СМИ – некоммерческая организация. В основе ее работы – защита прав редакций и журналистов, содействие становлению в российских СМИ свободы слова и свободы выражения мнения как фундаментального элемента правового государства. Центр, деятельность которого давно распространилась на всю Россию, зарегистрирован в ноябре 1996 года и располагается в Воронеже. Он признан экспертной организацией в области защиты прав журналистов и в целом свободы слова на международном уровне, представляя интересы профессионального сообщества в Европейском суде по правам человека, Совете Европы, в рамках двустороннего диалога Европейского Союза и России по правам человека.

Как Центр помогал журналистам?

Ежегодно юристы центра проводили до ста судебных процессов на стороне прессы, журналистов в судах разных уровней и разных регионов. Большинство дел – это иски о защите чести, достоинства и деловой репутации, о вмешательстве в частную жизнь, нарушение законодательства о выборах, о рекламе, авторских прав.

Редакции российских СМИ регулярно получали здесь предпечатную правовую проверку готовящихся текстов.

Юристы центр ведут дела в Европейском суде по правам человека по делам, затрагивающим право на свободу выражения мнения.

Кроме того, Центр проводит правовую экспертизу по запросам следственных органов и судов, анализ региональных нормативных актов в информационной сфере, помогает законодательным органам регионов, органам местного самоуправления, учреждениям в разработке таких документов (например, положений об аккредитации). Центр анализирует и исследует с точки зрения права законодательство и судебную практику в сфере медиа.

Образовательные семинары в области медиа-права для журналистов, сотрудников правоохранительных и государственных органов власти также является постоянной деятельностью центра.

Как Центр помогал медиаюристам и судьям?

Государство, сделав первый важный шаг, ратифицировав Европейскую конвенцию (которая начинается с определения:«Каждый имеет право свободно выражать свое мнение»), все последующие логические ходы отдало на профессиональный откуп судьям. Поэтому Центр защиты прав СМИ проводит для судей семинары «Защита свободы выражения мнения в российском законодательстве и в рамках ст.10 Европейской Конвенции о защите прав человека». В них принимают участие судьи Воронежской, Липецкой, Рязанской, Белгородской, Орловской и Тульской областей. Ключевой вопрос в этих семинарах – как в ходе судебного разбирательства сохранить баланс между правом на свободу выражения мнения и правом на защиту репутации.

Какие дела выиграли юристы Центра?

Среди наиболее громких дел, которые вел Центр в Европейском суде по правам человека, – дело по жалобе собственного корреспондента «Российской газеты» в Курской области и Белгородской областях Виктора Чемодурова, который требовал отменить решения российских судов, ущемляющих право журналиста на высказывание своего мнения. В 2000 году в газете «Курский вестник» была опубликована статья Виктора Чемодурова «Двенадцать стульев из гарнитура губернатора, или Как «испарился» из областного бюджета еще один миллион долларов». В статье на конкретных примерах, подтвержденных документами, были раскрыты механизмы «увода» крупными местными чиновниками бюджетных средств из областной казны. А также была опубликована реакция на происходящее самого губернатора. Судебный марафон тянулся с 2001 года более шести лет. Европейский суд удовлетворил жалобу Виктора Чемодурова и признал факт нарушения статьи 10 Европейской Конвенции по правам человека, допущенного российскими судами при рассмотрении дела по иску Александра Руцкого (в то время губернатора Курской области). Европейский суд также взыскал с Российской Федерации все понесенные журналистом судебные издержки и обязал государство выплатить журналисту 1026 евро в качестве компенсации судебных издержек и 50 евро компенсации материальных расходов.

Что говорила Галина Арапова о свободе слова?

О «личных контактах» журналистов и власти

 
Фото — Роман Демьяненко

– Журналистика в России во многом выстроена на взаимоотношениях личных. Если ты не идешь через парадный вход, чтобы тебе предоставили доступ к информации официально, то ты звонишь по мобильному телефону нужному чиновнику в частном порядке... или звонишь другому чиновнику. Такая специфика российской журналистики не позволяет журналисту отстаивать свои права публично, гласно, используя правовые механизмы, и не в наших силах это изменить… А давление на журналистов и СМИ сейчас приобрело более «цивилизованные» формы, чем это было в 90-х годах прошлого века. Уже не используется физическое насилие или угрозы по телефону. Чаще всего делают так, что журналисту самому не захочется писать что-то, потому что это «что-то» не в рамках редакционной политики. В результате образуется очень узкий список тем. На которые можно спокойно писать. Какие-нибудь отчеты о деятельности, либо что-то позитивно-нейтральное, типа про достижения, надои, погоду.

– В Воронеже сложились иные отношения между властью и прессой. Многое решается на уровне взаимных договоренностей, личных контактов, практически все ключевые персоны по обе стороны друг друга знают или имеют общих знакомых, что во многих случаях позволяет урегулировать конфликт без использования правовых процедур. Помимо этого, многое определяется существующими договорами на информационное обслуживание, которые вопреки интересам профессиональной независимости редакции заключают с органами власти – для финансовой «поддержки штанов». А это, так или иначе, ограничивает свободу СМИ при освещении тех или иных тем, сдерживает их критические порывы. Иногда открыто просматривается действие классического правила – «кто платит тот и заказывает музыку»... Хотя накал общественной дискуссии ниже, а спектр различных точек зрения на страницах прессы существенно менее разнообразен по сравнению с концом 90-х, все же, справедливости ради, не могу сказать, что у нас пресса совершенно пресная.

– Вот, скажем, Скрынников отличался склонностью к сутяжничеству. Он подавал иски по совершенно смешным поводам. Вспомнить только иск к «Воронежскому курьеру», где он судился из-за фразы в публикации: «Вероятно, Борис Михайлович не до конца отдает себе отчет в том, что население города ему мало доверяет». Эта фраза сама по себе, во-первых, является оценочной, а во-вторых, построена была на данных опроса, сделанного Институтом общественного мнения «Квалитас». Начав судиться по этому поводу, градоначальник выставил себя в еще более глупом свете, учитывая действительное отношение горожан к нему в тот момент... Тот иск так и не был рассмотрен в связи со сменой руководства города. Что же касается областных властей, то когда-то подавал иск губернатор Иван Шабанов, и лет пять назад подавал иск первый вице-губернатор Сергей Наумов, уже бывший. Оба иска к прессе они проиграли.

О работе юристов Центра

– Мы всегда были нейтральными, не занимались политикой, не вмешивались во внутриредакционные споры, потому что они чаще всего носят творческий или межличностный характер. Мы никогда не вмешивались и в конфликты между редакциями, потому что Центр защиты прав СМИ изначально должен занимать позицию редакции, а при конфликте двух редакций это будет шизофрения в одной отдельно взятой голове. Мы заработали свое имя тяжелым многолетним трудом, и сейчас оно работает на нас: к нам достаточно уважительно относятся как наши основные клиенты – пресса, так и власть.

 
Фото — Роман Демьяненко

– Не могу сказать, что нам очень легко работалось и работается. Мы – в зоне риска, потому что мы некоммерческая организация, которая занимается не только юридической практикой, но и исследованиями, просвещением, мониторингом в области свободы выражения мнения и права на информацию. По сути, это относится к защите прав человека, а правозащитным организациям, в последние годы особенно, в нашей стране создают весьма спорный имидж: то к шпионам причисляют, то снимают налоговые льготы, а зарабатывать на защите прав человека практически невозможно ни в одной стране – не та сфера, чтобы развивать коммерцию... Но, с другой стороны, противовес этому составляет высокая репутация нашей организации. Мы все же больше экспертный правовой центр, специализирующийся на проблемах медиа-права, регулировании свободы выражения мнения, профессиональной защите и просвещении журналистов, юристов, специализирующихся на информационном праве. Мы одинаково поможем и крупной редакции, типа «Коммерсанта», и маленькой районной газете, проконсультируем и орган власти по вопросам своей компетенции и поможем урегулировать конфликт, возникший в области прессы. Но круг наших интересов намного шире – нас интересует все, что потенциально может повлиять на информационную среду, на свободу выражения мнения, профессиональную деятельность редакций и журналистов, на право граждан на доступ к информации.

Что такое «иностранный агент»?

К иностранным агентам федеральный закон «О некоммерческих организациях» (НКО) относит отечественные НКО, получающие деньги или имущество от иностранных государств или иностранных госорганов, зарубежных и международных организаций и даже отдельных иностранных граждан или лиц без гражданства напрямую или через российские юрлица (к ним не относятся только ОАО с государственным участием или их «дочки»). Для признания «иностранным агентом» НКО должна «участвовать в политической деятельности, осуществляемой на территории Российской Федерации». Под политической деятельностью закон понимает организацию и проведение политических акций в целях воздействия на принятие государственными органами решений, направленных на изменение проводимой ими государственной политики, а также в формировании общественного мнения в указанных целях.

К политической деятельности не относится деятельность в области науки, культуры, искусства, здравоохранения, профилактики и охраны здоровья граждан, социальной поддержки и защиты граждан, защиты материнства и детства, социальной поддержки инвалидов, пропаганды здорового образа жизни, физической культуры и спорта, защиты растительного и животного мира, благотворительная деятельность, а также деятельность в области содействия благотворительности и добровольчества. (п. 6 ст. 2 закона «О некоммерческих организациях»).

Чем «иностранные агенты» отличаются от обычных НКО?

Закон обязывает такие организации маркировать все издаваемые или размещаемые в интернете материалы указанием на то, что информация распространяется «некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента». По мнению критиков закона, это создает негативное представление о любой деятельности организации. Кроме того, к «иностранным агентам» предъявляются более жесткие требования о финансовой отчетности и обязательном финансовом аудите их деятельности.

×

Добавить издание «РИА "Воронеж"» в ваши источники?

Новости из таких источников показываются на сайте Яндекс.Новостей выше других

Добавить

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter