27 Февраля 2020

четверг, 17:30

$

65.52

71.24

«Мама сказала, что мы вряд ли выживем». Как воронежец в 4 года прошел 2 немецких лагеря

, Воронеж, текст — , фото — Михаил Кирьянов
  • 6089
«Мама сказала, что мы вряд ли выживем». Как воронежец в 4 года прошел 2 немецких лагеря

Виктор Хаустов написал книгу «Ровесники» о своем военном детстве.

Председатель Совета ветеранов Советского района Воронежа Виктор Хаустов представил автобиографическую повесть «Ровесники» на уроке мужества в школе №92 в микрорайоне Шилово в пятницу, 24 января. Встречу приурочили к 77-й годовщине освобождения Воронежа.

Во время презентации повести школьники зачитывали главы из нее, а также задавали вопросы 81-летнему автору. 

KIR_0113.jpg

Виктор Хаустов работал над своей первой книгой три года:

– В молодости я занимался спортом, бегал на длинные дистанции, даже стартовал в марафоне. Может быть, поэтому никогда не бросаю задуманное. Написать книгу о своей жизни решил давно, но сначала работа не позволяла, потом вышел на пенсию, вначале тоже проблемы были. И только три года назад начал работу над своей первой книгой. Точно знаю, что она не последняя. В планах – книга к 80-летию одной из воронежских воинских частей, а также книга об охоте, которую очень люблю.

KIR_0072.jpg

Мясные деликатесы

Виктор Хаустов родился на хуторе Дядин в Богучарском районе, ребенком побывал в двух немецких лагерях, в каждом из них провел примерно по четыре месяца. А во взрослой жизни он прошел путь от рабочего до проректора по строительству Воронежского политехнического института. Хаустов принимал участие в газификации региона.

KIR_0118.jpg

О своих детских военных воспоминаниях, описанных в повести, Виктор Иванович рассказал журналистам РИА «Воронеж»:

– Один из моих дедов накануне войны уехал в Хакасию, а мы с мамой Юлией Давыдовной остались на хуторе. Мой папа Иван Иванович погиб на финской войне, и мама нас поднимала в одиночку. Как-то мы пошли с другом купаться на пруд (мы тогда жили на хуторе Придонский Ростовской области), вдруг налетает самолет и бросает бомбы на берег! Друг заторопил меня, прибегаем домой, а там уже немцы. Они заселились в дома хуторян, которых выгнали жить в амбары. Тут же начали огораживать колючей проволокой территорию вокруг амбаров, сделали что-то типа пастбища для нашего скота.

Хаустов помнит, что главным среди оккупантов был человек по фамилии Шварц. Он организовал маленькое мясное производство: забивали принадлежащий местным жителям скот, а мясные деликатесы отправляли немцам под Ростов-на-Дону. Хуторян гоняли на работы, заставляли готовить еду, убирать дворы. Кормили местных жителей просроченным рисом и червивой мукой, давали баланду.

KIR_0123.jpg

– Иногда расстреливали людей за какую-то мелочь. Как-то у Шварца был день рождения, охрана лагеря перепилась, а партизаны, о которых мы немного слышали, пробрались во двор и прокололи колеса всех машин. Утром Шварц собрал всех хуторян, а их было 130 человек, – в основном женщин с детьми – и через переводчика (поволжского немца) объявил: если никто не признается в содеянном, каждые 15 минут будем расстреливать трех человек. И сразу же на наших глазах расстреляли трех женщин. Подъехала повозка, в нее сложили тела и повезли куда-то за хутор. Потом взяли еще трех. Тогда наш сапожник Иван Сергеевич, у которого вместо ноги был протез, закричал: «Не трогайте их, я все скажу! Это сделал я!». Женщин отпустили, а его поволокли на крыльцо. Его расстреляли, а всех нас отпустили. На самом деле подпольщиком был бригадир, на которого немцы даже и не подумали. Ему удалось бежать из лагеря к партизанам, и только после этого Шварц понял, кто именно попортил колеса немецкой военной техники, – рассказал автор повести.

Когда хутор освободили, Юлия Давыдовна решила уехать с маленьким сыном к своему отцу в Хакасию. Виктор с мамой отправились в Кантемировку, откуда можно было уехать поездом:

– Нас там старушка взяла жить к себе, а как узнала, что мы четыре месяца пробыли в немецком лагере, накормила нас чем могла…

KIR_0100.jpg

Не ушли от войны

Но война достала эту семью и в Кантемировке: советская армия ушла, а на другой день прибыли немцы. В одном дворе они застрелили поросенка и хотели убить козу, но хозяйка кинулась ее защищать.

– Они так избили ее, что несколько дней женщина не могла вообще встать, – вспоминает Виктор Иванович. – Потом ходили по домам собирали тех, кто помоложе, на работу. Размещали их на двухъярусных нарах в коровниках, выгоняли на уборку урожая, другие полевые работы. Кормили нас баландой из картошки и капусты. Зимой еды почти не было, мы, голодные дети, сидели в коровнике, а матерей гоняли убирать снег. Я начал опухать от голода: баланду не ел – душа не принимала. Мама мне как-то сказала, что вряд ли мы выживем, надо готовиться к самому плохому. Я был маленьким, но понимал, о чем речь.

KIR_0050.jpg

Больных и ослабленных людей немцы грузили на телегу, везли к большим ямам и сбрасывали туда. Добивали из автоматов.

– Военнопленные, которые жили с нами, были одеты по-летнему, никакой теплой одежды им не давали, и зимой они просто замерзали насмерть. Как-то, точно во сне, услышал русскую речь. Оказалось, это наши танкисты прорвались в Кантемировку и освободили нас! Никто не верил в происходящее, думали, что это сон. Так закончилась для меня та страшная война, – завершил свой рассказ Виктор Хаустов.

KIR_0129.jpg

Когда советские войска освободили узников лагеря в Кантемировке, танкисты оставили голодным людям продукты.

– Патриотическое воспитание очень важно, – подчеркнула замдиректора МБОУ «СОШ №92» Ирина Дручинина. – Сегодня мы пригласили на встречу с автором всех наших пятиклассников – всего около 90 человек. Для ребят важно было пообщаться с человеком, который в раннем детстве прошел через такие испытания. Надеемся, Виктор Иванович продолжит свое общение с нашими учащимися.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Главное на сайте

Сообщить об ошибке
Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: