Решением Правительства РФ 14 районов Крыма были распределены между крупными регионами России для оказания шефской помощи в период «междувластия». Побратимом Воронежской области стал Джанкойский район. Наша газета решила выяснить, какова сейчас ситуация в Крыму и какой помощи ждут от нас местные жители. 

«Зачем нам кузнец?»

Джанкой – сельскохозяйственный район. Учитывая опыт врио губернатора Алексея Гордеева в качестве министра сельского хозяйства РФ, выбор Воронежской области в качестве побратима  понятен.

А проблем за 20 лет там накопилось много. Достаточно вспомнить, что, собирая по два урожая в год и вывозя сотни тонн сельхозпродукции на Украину и в Россию, район оставался на 95 процентов дотационным. Киев просто не давал ему развиваться.

Для разработки программы сотрудничества по поручению врио губернатора Алексея Гордеева была создана рабочая группа, куда вошли представители Воронежской области и Джанкойского района. Наш регион делится с Джанкойским районом опытом работы в сфере сельского хозяйства, дошкольного и школьного образования, здравоохранения и культуры, создании туристической инфраструктуры.

Администрация Джанкойского района уже предложила потенциальным воронежским инвесторам 10 земельных участков общей площадью 85,36 гектаров (в основном, это земли сельхозназначения), а также четыре инвестиционных проекта: строительство овощехранилища на консервном заводе, создание тепличного комплекса, реконструкция системы теплоснабжения на объектах социально-культурной сферы, а также промышленное освоение месторождения термальных вод.

В районной администрации Джанкоя не скрывают радости от предстоящего сотрудничества:

– Мы готовы учиться, приезжайте, – говорит заместитель главы района Светлана Куриндина. – Крым самодостаточен, нам просто надо немного помочь.

Про Алексея Гордеева здесь слышали, рады, что он разбирается в сельском хозяйстве, и очень надеются на его связи в Москве, в частности, в тех вопросах, которые касаются воды. Украина перекрыла Северо-Крымский канал, и впервые за всю его историю вода на поля в начале весны не пошла. Такого даже в период распада СССР не было.

Вопрос поворота вентиля – чистая политика. И вопрос жизни или смерти более чем 1000 хозяйств, основа существования которых – продажа овощей.

Позитив и негатив

В Джанкое в большинстве своем живут позитивные люди. Например, бывший главный энергетик колхоза, а ныне успешный фермер, кореец Афанасий Ким сразу берет быка за рога и спрашивает про Алексея Гордеева: он какой?

– Умный, – говорим. – Был министром сельского хозяйства России.

– А что он может? – спрашивает он и тут же добавляет: – У меня 300 тонн молодой капусты, свежая петрушка, скоро дыни ранние пойдут, а я не знаю, куда это все девать! Скажите там, в Воронеже: пусть приезжают. И губернатору скажите:  мы на него надеемся!

Начальник первой насосной станции Северо-Крымского канала Николай Кацыбуров, работающий на воде с 1967-го года, тоскливо глядит на практически сухой канал:

– Это хорошо, что вы про нас не забыли. Я знаю ваш город, у вас там авиазавод есть, и губернатор пришел, который дороги делает... Поможет – спасибо скажем. Нам не надо много. Нам надо, чтобы вода на поля пошла, а то ведь разорятся люди-то…

У медведевского сельского головы Николая Желанникова похожие заботы: остановился проект по использованию термальных вод для отопления детского сада и больницы. Сломался насос, но у Киева за 12 лет не нашлось средств на его починку. 

Теперь бромо-йодистое месторождение, пригодное не только для бесплатного отопления, но и для создания большого санатория, не используется эффективно.

На фоне этих действительно серьезных проблем, требующих немедленного решения, сетевое мифотворчество некоторых блогеров выглядит обычной заказухой.

Новая мифология 

Миф первый: «Референдума не было, крымчане голосовали под дулами автоматов»

teemon_ : «Разве в Крыму был какой-то референдум? Если, простите, китайцы введут войска в Хабаровск и под дулами автоматов побросают бумажки в урны, вы тоже это назовёте «референдумом»?

– У меня муж, –  рассказывает Зинаида Топольян, секретарь Медведевского сельсовета, –  в полседьмого встал голосовать. Говорит: «Пойду, там подожду». Пришел, а там очередь к дверям. И молодые пришли, и старики – практически все. Если ты не умер, но не пришел – это был позор.

Миф второй: «Военные оккупировали Крым»

Пишет дама: «В этом мирке раздражающе много военных. Я много хожу пешком, и они тоже много ходят пешком. Иногда с автоматами, но чаще без».

В Джанкое военных действительно много, потому что теперь там – граница, и она требует охраны. Поэтому люди в зеленой форме попадаются на глаза часто: они стоят группками на самом виду, беседуют, покупают газировку в ларьках и стоят в очереди к банкомату. Некоторые – с автоматами и боекомплектами. Только вот раздражения или отторжения по отношению к ним у местных жителей мы не заметили. Наоборот. У кого бы ни спрашивали – только что не молятся на этих парней, потому что люди понимают: это реальная защита.

Кстати, с появлением в городе военных стало очень спокойно и безопасно: ни пьяных, ни бомжей, ни хулиганов.

– По городу стало ходить безопасно в любое время суток, – говорит продавщица из маленького магазина электроники. – Даже бумажки никто на землю не кидает!

Находятся в сети и те, кто не стесняется открыто отвечать недовольным сетевым комментаторам. Так некий Александр Жилин сделал такую запись в своем блоге:

«Позвонили родственники из Крыма. Россия продолжает творить беспредел! Повышены пенсии и зарплаты бюджетникам. Введены выплаты за рождение второго ребенка. Племянник, перешедший служить в Черноморский флот, теперь вместо 250 долларов получает зарплату в 3000 долларов и к 1 сентября получит квартиру. Агрессоры из России полностью обновили медицинское оборудование в двух больницах и трех поликлиниках. Кроме того, обновлен парк общественного транспорта. Служба спасения Крыма получила новые автомашины, современное оснащение и даже самолет. Такие вот результаты русской оккупации…».

Миф третий: «В Крыму разгорается конфликт между крымскими татарами и русскими»

Brotherspu: «Проблема крымских татар в Крыму может превратить полуостров в аналог Северного Кавказа России».

В Джанкое такой сценарий абсолютно не реален. Просто потому, что там нет никакой вражды по национальному признаку. Исторически не сложилось.

Здесь бок о бок живут представители десяти национальностей. Они работают вместе, учатся. На соседней улице с православным храмом вполне уютно сосуществует мечеть.

Девушка-мусульманка, с годовалым сыном которой мы играли всю дорогу от Джанкоя до Симферополя, сказала мне:

– Мы все тут живем дружно. Вы приходите быстрее и никого не слушайте. Здесь врагов нет.

Миф четвертый: «Мы для россиян – обуза»

abzaz_423: «Сейчас у каждого в Украине свой уровень жизни. Если сюда придет Россия, он упадет в разы. Они там своих прокормить не могут. С какой радости им еще и нас кормить?».

Ну что тут скажешь? Надо понимать, что 20 лет песен про «древних укров» и Россию-агрессора даром не прошли. Но люди полны оптимизма. Как сказал нам один подвозивший нас таксист:

– Когда бандеровцев в Крым не пускали, даже мечтать не могли, что так все обернется. Но вы там, помогать нам, правда, не против?

– Правда.

Наша справка:

Джанкойский район расположен на севере полуострова в степной зоне, население – около 74 тысяч человек. От Украинской территории отделен узкими рукавами залива Сиваш. По территории района проходит автотрасса Симферополь-Москва и Северо-Крымский канал – основная водная артерия Крыма, снабжающая водой сельхозугодья от границы с Украиной до Керчи (примерно четверть общей территории полуострова) водой из Днепра.

Канал позволяет развиваться поливному земледелию (в т. ч. капельному) и собирать в год по два урожая пшеницы, картофеля, риса. Рек и лесов в районе нет.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Читайте наши новости в Telegram, «ВКонтакте» и «Одноклассниках».