«Вам интересно только шоу!»: экс-директор воронежского автосалона «Гаус» отказался отвечать в суде, почему его клиенты не получили машины

Семь лет воронежцы ждут, когда разберутся с делом автодилера ООО «Гаус». И вот, похоже, развязка близка. В Центральном районном суде Воронежа затяжной процесс над экс‑директором автокомпании Михаилом Швыдченко выходит на завершающую стадию. По делу проходят 93 потерпевших – все они когда‑то заплатили свои деньги за покупку автомобилей марки Volkswagen, но так их и не получили. Швыдченко обвиняют в присвоении чужого имущества в особо крупном размере – по ч. 4 ст. 160 УК РФ. Речь идет о серьезном ущербе: следствие оценивает его более чем в 130 млн рублей.

Корреспонденты РИА «Воронеж» в четверг, 6 августа, побывали на очередном заседании и узнали, на что теперь могут рассчитывать обманутые клиенты.

Право молчать

На заседании Михаил Швыдченко держался поразительно спокойно – словно речь шла не о его судьбе, а о чем‑то совершенно постороннем. Ни тени волнения, ни сбивчивых оправданий, ни попыток что‑то доказать.

Процесс подошел к ключевому моменту – к его показаниям. Хотелось услышать – так куда же делись деньги? Но Швыдченко лишь заявил, что признает вину в полном объеме, и на этом – поставил точку. На вопросы прокурора об обстоятельствах дела, о том, как расходовались деньги и почему клиенты не получили машины, он отвечать отказался. Фигурант воспользовался правом, предусмотренным статьей 51 Конституции РФ, – не свидетельствовать против себя.

Пробел в объяснениях заполнили сухие строчки протоколов, с позволения судьи прокурор зачитал фрагменты очных ставок. И в этих документах версии участников расходятся буквально в каждом пункте. В материалах – показания кассиров, главного бухгалтера и финансового директора Евгения Шальнева, чья роль в этой истории выглядела особенно любопытно. Еще в 2019 году следственные органы подозревали Шальнева в причастности к общей растрате средств вместе со Швыдченко. Однако позже его статус изменился, он оказался в списке потерпевших.

Согласно прежним показаниям Швыдченко, он лишь подписывал документы, не контролируя движение денег.

– Шальнев вел весь финансовый поток, передо мной не отчитывался, только ежемесячный отчет присылал, – говорится в показаниях.

Версия Шальнева выглядит иначе. На очной ставке он настаивал, что ежедневно отправлял Швыдченко отчеты по электронной почте. При этом, по его словам, суммы свыше 20 млн рублей Швыдченко забирал для расчетов в криптовалюте – и это были исключительно его решения, к которым сам Шальнев отношения не имел.

Подтверждать или опровергать эти показания на этот раз Швыдченко не стал – вновь сослался на право не свидетельствовать против себя.

«Зачем вы это все спрашиваете?»

На заседании прокурор также огласил сведения о подсудимом, и картина получилась предельно лаконичной. Тяжелых заболеваний у Михаила Швыдченко нет, он психически здоров. Вкладов и сбережений в банках не обнаружено. Из имущества – лишь квартира на окраине левого берега Воронежа.

На этом суд планировал перейти к прениям, но в итоге заседание отложили – теперь финальные слушания продолжатся только в сентябре.

После окончания процесса журналисты попытались задать Швыдченко еще несколько вопросов. Диалог, впрочем, не сложился. На реплику коллег: «Судя по вашим показаниям, финансовый директор был причастен к пропаже средств?» – Швыдченко резко бросил:

– Зачем вы это все спрашиваете? Вам не интересно разобраться, вам интересно только шоу! – и быстро направился к выходу.

«За эти деньги сейчас даже Volkswagen Polo не купишь»

Для потерпевших по делу автодилера «Гаус» этот процесс стал настоящей жизненной тяготой – потерянные деньги, годы нервов и несбывшихся ожиданий. Люди, когда‑то отдавшие миллионы за новые машины, до сих пор не могут добиться справедливости.

Адвокат потерпевших Станислав Кравцов в отличие от оппонентов не избегает общения с журналистами и говорит о ситуации предельно откровенно.

– Ко мне приходят люди и рассказывают: в 2018 году они внесли 1,2 миллиона рублей за «Тигуан», а сейчас за эти деньги не купишь даже «Поло», – делится Кравцев. – Даже если кто‑то что‑то получит, 100% суммы никто не увидит. В делах о банкротстве полное возмещение – редкость, а с учетом роста цен справедливой компенсации ждать не приходится.

Главная проблема – в юридическом тупике, из‑за которого процедура банкротства «Гауса» стоит на паузе уже около четырех лет.

– Имущество и деньги на счетах компании арестованы из‑за уголовного дела, – поясняет адвокат. – Конкурсный управляющий не может начать продажу активов и расчеты с кредиторами, суд не разрешает распоряжаться этими средствами. Снять арест тоже не получается – приоритет остается за уголовным делом. В результате люди все эти семь лет находятся в подвешенном состоянии.

При этом, по словам Кравцова, еще на старте процедуры банкротства на счетах «Гауса» были деньги – их хватало, чтобы частично погасить требования хотя бы некоторых потерпевших. Но воспользоваться этими средствами тоже невозможно: из‑за ареста суд не дает права ими распоряжаться.

Тем не менее определенную поддержку потерпевшим смогли оказать три юридических лица, в том числе компания «Автодрайв». Она предоставила автомобили ряду клиентов и тем самым приобрела право требования возмещения к «Гаусу». Благодаря этой схеме помощь получили примерно 20 человек. Но с учетом количества потерпевших это лишь капля в море.

Из 93 потерпевших по уголовному делу на текущие заседания почти никто не приходит. Сначала люди старались не пропускать ни одного слушания, потом стали появляться реже, а теперь и вовсе практически не появляются.

– Думаю, люди уже смирились с тем, что не смогут возместить ущерб в полном объеме, – отмечает Кравцов. – С учетом роста цен даже частичное возмещение вряд ли кого‑то по‑настоящему устроит. Но все же мои доверители полностью надежду не теряют и ждут разрешения этой ситуации и надеются, что им возместят ущерб.

Контекст

О проблемах бывшего регионального дилера Volkswagen стало известно в декабре 2018 года – его клиенты на протяжении нескольких месяцев не могли получить оплаченные автомобили. В феврале 2019 года в отношении Михаила Швыдченко было возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 160 УК РФ, он пробыл в СИЗО до февраля 2020-го. В апреле 2020-го в его отношении возбудили еще одно дело – о мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). В октябре 2020-го юрлицо автосалона – ООО «Гаус» – было признано банкротом.

В апреле 2021 года возбудили уголовное дело по невыплате зарплаты трем сотрудникам «Гауса»: долг составил около 970 тыс. рублей.

В конце мая дебиторскую задолженность обанкротившегося «Гауса» выставили на торги. Начальная цена составила 1 млрд 362 млн 884 тыс. рублей.