Следователь Эмилия Крайкина ловила в Воронеже убийц и насильников при Хрущеве, Брежневе, Горбачеве и Ельцине, раскрывала самые запутанные преступления, «раскалывала» самых матерых рецидивистов. В преступном мире быть «клиентом» Крайкиной даже считалось престижным. Крайкина – единственная в регионе женщина-следователь, удостоенная государственных наград сразу двух государств – СССР и РФ. Ежегодно Эмилия направляла в суды десяток дел. За 40 лет карьеры Крайкиной суд не вынес по ее делам ни одного оправдательного приговора, не прекратил ни одного ее дела. Корреспонденты РИА «Воронеж» встретились с Эмилией Крайкиной, чтобы в ее день рождения, 31 марта, вспомнить самые яркие дела легендарного следователя.

 
 

Эмилия Крайкина родилась в Воронеже в 1934 году. Окончила Свердловский юридический институт. С 1956 года работала следователем прокуратуры Левобережного района Воронежа, с 1985 года – старшим следователем по особо важным делам облпрокуратуры. Имеет правительственные награды: орден Почета, медаль «За трудовую доблесть». Удостоена ведомственного нагрудного знака «Почетный работник прокуратуры», награждена медалью «Ветеран труда».

Женщина по недоразумению

– Терпеть не могу все женское: драить полы, перемывать кому-нибудь косточки. А уж готовить, стирать и гладить… – вздыхает Эмилия Крайкина.

– А как же семья? Вы ведь были замужем.

– Да, 13 лет. Замуж, между прочим, я выскочила из-за фамилии. У меня была неблагозвучная – Коняхина. Ну что это – следователь Коняхина? Муж был старше на 10 лет, дошел до Берлина, симпатичный мужчина. У нас отличные были отношения: Крайкин готовил, приносил мне еду на работу. Дочку Вику до семи лет воспитывали мои родители. Ну, не мое это – семейная рутина. Когда развелась, испытала облегчение. И больше ни разу не было искушения завести «амуры». Всю жизнь в мужском коллективе, но, кроме работы, меня мало что интересовало.

 
 

«Жалела, если заслуживали»

Когда Эмилия Крайкина рассказывает о работе, сразу видно – до сих пор ее обожает. Ее допрос коллеги называли искусством. Крайкина травила анекдоты и, словно между прочим, роняла «безобидный» вопрос. Или, наоборот, спрашивала в лоб. Из этих вопросов и ответов следователь плела невидимую паутину, загоняя преступников в угол.

При этом заключенные поздравляли следователя с государственными наградами. В декабре 1994 года один из ее бывших «подопечных», узнав об ордене Почета, прислал открытку: «Уважаемая Эмилия Андреевна! От всей души поздравляю Вас с заслуженной правительственной наградой. Желаю крепкого здоровья, успехов в работе и личной жизни. Дай Бог, чтобы было больше таких людей, как Вы, и меньше таких типов, как я».

Трудно поверить, но это написал человек, которого Крайкина отправила за решетку на 15 лет.

– Все знали, что взятки я никогда не брала, что живу в нищете и никаких «жировых запасов» у меня нет, – объясняет Эмилия Крайкина. – Ни машин, ни коттеджей. Зато есть принципы и репутация. Я вела расстрельные дела: убийства, групповые изнасилования. Но на меня никто из зеков никогда матом не ругнулся. Как ни странно, уважали. А я их жалела, если заслуживали. Относилась, как к людям.

 
 

В юности Эмилия в совершенстве знала французский язык, но говорить на нем так и не довелось:

– В СИЗО я что-то не встретила ни одного француза. Русский мат оказался востребованнее.

Любовь зла

Одно из первых громких преступлений, раскрытых Крайкиной, совершили в сентябре 1963 года. Именно с этого дела стала складываться ее специализация – раскрытие самых запутанных тяжких преступлений. Тогда Эмилии было 29 лет, и она работала в Левобережной прокуратуре Воронежа.

– Меня вызвали ночью: пропали братья 2,5 и 4 лет. Оперативники сбиты с толку. Приехала, вошла в кабинет. Там мать чуть за 20 – хорошенькая и испуганная. Несет какую-то чушь, – вспоминает Крайкина.

Мать детей рассказала, что они пропали вечером на прогулке в парке. Женщина заговорила с кем-то, оглянулась – сыновей уже нет. Следователь поехала в парк, мать путалась, показывая то одно место, то другое.

– Между делом спрашиваю о муже. Она приезжая, выскочила замуж, чтобы квартиру не снимать. Муж работает на Шинном заводе, человек без затей – поесть, поспать да выпить. Живут у свекрови в тесноте и непростых отношениях, – вспоминает следователь-легенда.

Вдруг после нескольких вопросов Крайкиной женщина вспомнила: как-то она с сыновьями оказалась в доме сектантов и там услышала, что детей иногда приносят в жертву. От этих слов испугалась и убежала. Возможно, эти люди и украли детей.

Поехали по городу искать тот дом. Вроде этот, а может, тот…

– Мы петляли на машине по городу и много раз проезжали мимо пустыря. Каждый раз, когда там оказывались, женщина нервничала. А там обычная свалка мусора. Что-то меня настораживает: мать хитрит. И тут я распорядилась пустырь обыскать… До сих пор у меня перед глазами тела тех мальчиков! До того хорошенькие, но бездыханные, – говорит Крайкина.

 
 

К утру молодая женщина во всем созналась. Она работала продавцом в молочном магазине, влюбилась в экспедитора. Полгода встречались. Любовник однажды сказал, что замужняя ему ни к чему, в городе, мол, полно свободных девчонок. Тогда потерявшая от любви голову продавец решилась на убийство детей, чтобы быстро развестись через ЗАГС (при наличии несовершеннолетних детей брак расторгает только суд). Женщина отвела сыновей к ближайшему пустырю, взяла бритву. Построить новую семью не удалось – суд приговорил мать-убийцу к высшей мере наказания.

Духовная практика

Тело растерзанной 19-летней студентки нашли на улице Карпинского в Воронеже зимой 1993 года. Следствие быстро вышло на след молодых людей, которые занимались некими духовными практиками под началом 34-летней бывшей певицы оперного театра Валентины. Убитая тоже почитала Валентину за свою духовную наставницу.

Когда история стала известна в подробностях, многие отказывались верить – уж слишком все выглядело дико: девушку распяли, признав «киборгом» и «гималайской ведьмой».

У Крайкиной были признательные показания всех членов секты, и можно было передавать дело в суд, но ей было важно разобраться, что толкнуло людей на убийство. Следователь не жалела времени на поиски одноклассников, одногруппников, соседей участников расправы. Говорила с учеными и священниками. Читала литературу, которую молодые люди воспринимали, как откровение.

– Все эти ребята были очень восприимчивы к искусствам: играли на музыкальных инструментах, рисовали, сочиняли. И при этом были инфантильны - вот и влипли в такую историю. Студенты считали Валентину богиней, наделенной даром видения, беспрекословно ей подчинялись. Это длилось больше года, пока однажды в их компании не появилась девушка, которая стала задавать много вопросов, посмела сомневаться в избранности Валентины. Тогда и возникла версия о «киборге». Каждый должен был поучаствовать в «изгнании дьявола» из девушки, но они «переусердствовали» и убили ее. Специалисты заключили, что мы имели дело с классической сектой. Облсуд назначил экспертизу, которая признала студентов невменяемыми. При этой первая (назначенная по инициативе следствия) назвала здоровыми. Думаю, ребят просто пожалели, – говорит Эмилия Крайкина.

Все участники этого дела давно вышли на свободу, в том числе Валентина. В итоге наставница покончила с собой, прыгнув в колодец.

Зайцев – Шакал

Об убийстве двух милиционеров и расстреле инкассаторской машины в Воронеже вспоминают и спустя 26 лет. Расследовали это преступление долгих четыре года. Знающие люди говорили, что, если бы это дело не досталось Крайкиной, неизвестно, чем бы все закончилось.

Двух милиционеров застрелили из обреза охотничьего ружья у Дома офицеров около полуночи 11 июля 1990 года. Преступник украл два «макаровых». На следующий день все правоохранители «стояли на ушах», но найти убийцу по горячим следам не удалось. Спустя год, 19 июля, на улице Димитрова из тех же пистолетов расстреляли инкассаторскую машину. Один инкассатор погиб, трое получили тяжелые ранения. Крайкиной передали это дело после трех лет «буксующего» следствия.

– Я опрашивала жену убитого милиционера, на столе лежало его фото. Тут открывается дверь, просовывается голова пацана лет трех-четырех. Будто сошел с фотографии, только маленький. Мать хотела его в коридор отправить, а я усадила рядом, дала лист, карандаши. Он нарисовал мне мусоровоз и говорит: «Я знаю, кто ты. Ты моего отца защищаешь!». С мусоровозом посыл понятен, в этом суть моей работы. Всю жизнь я только этим и занималась – разгребала человеческий мусор, – говорит Эмилия Крайкина.

Когда 24-летнего воронежца Зайцева по кличке Шакал задержали, другие следователи поражались, как Крайкиной удалось найти с ним контакт. Это был волевой и хладнокровный человек, но Эмилия его «расколола». В первые же дни Шакал признался в содеянном, рассказал, где прятал пистолет. На допросе объяснил – среди его приятелей были те, кто уже прошел через «рентген» Крайкиной.

– Он таким образом хотел решить свои материальные проблемы. В признательных показаниях писал: «Это даже не вина, а мой большой грех, совесть замучила, не давала спать по ночам. Самое главное для меня – единство души и тела. После совершенных преступлений я души не имел, а теперь снова обрел. Снисхождения себе не прошу», – вспоминает Крайкина.

Воронежский областной суд вынес Зайцеву смертный приговор 30 мая 1996 года.

Заслуженный отдых

Эмилия Крайкина на пенсии уже 20 лет. Когда в 62 года ее торжественно провожали на заслуженный отдых, пришли все руководители, с которыми она пересекалась по службе. Бывший председатель облсуда тогда сказал: «Эмма, все мы, конечно, знаем, что в силу своей половой принадлежности ты не могла заниматься рукоприкладством, но то, как ты действовала на подозреваемых психологически, оказывалось сильнее любых кулаков!».

– Гипнозом уж точно не занималась, – отмахивается пенсионерка.

Теперь она редко общается с посторонними людьми. Признается, что за 40 лет службы сильно от них устала. Кроме родных, Эмилию радуют только животные, главный среди которых кот Гаврик.

 
 

Еще любит цирк.

– Мы с внучкой Наташей на все новые представления ходим, во втором ряду сидим. Люблю фотографироваться с тиграми, львами, медведями, крокодилами, змеями. Я их не боюсь, и они ко мне благосклонны. За свою, наверное, принимают…

Дочь и внучка Крайкиной окончили юрфак, но по ее стопам не пошли. Виктория 27 лет прослужила в полиции, Наталья трудится в судебном департаменте. Следователь в их семье – только Эмилия Андреевна. И дочь, и внучка остались Крайкиными, хотя и вышли замуж.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter