РИА «Воронеж» продолжает серию публикаций о последних жителях умирающих деревень Воронежской области. Журналисты ищут ответ на вопрос: почему люди покидают некогда густонаселенные хутора, которые через 10-15 лет останутся лишь точками на картах. Корреспонденты РИА «Воронеж» отправились на хутор Волкодав Россошанского района.

Фото: 1 из 37

Фото — Андрей Архипов

В России больше нет ни одного Волкодава. А в том, что остался в Воронежской области, больше нет жителей. Постоянно здесь живут лишь почти 700 овец и около полусотни дойных коз. Ухаживают за ними два Сергея – жители окрестных хуторов. Кроме них на хуторе обитают пять сторожевых собак, серый кот Дымок, три его подруги, десять крохотных котят, немного кроликов и кур.

От асфальта до Волкодава 4 км, но кажется, что вся сотня. Здесь тишина, нарушаемая лишь лаем собак да блеяньем овец, в низине красавец – пруд с берегами из целебной голубой глины, окруженный дубовой рощей. Да остовы бывших хуторских домишек – последний хуторянин умер пару лет тому назад.

В 1970-е в Волкодаве жили почти 200 человек

В 70-х годов XX века в Волкодаве насчитывалось 35 дворов и 175 жителей, а когда через несколько лет под Россошью началось строительство комбината минудобрений, многие жители хутора отправились туда за длинным рублем, и большинство остались работать на комбинате, осев в Россоши. Кто-то переехал к родне на Украину, а в Волкодаве доживали старики, некоторые из которых уезжали к детям в города, а другие – или находили последний приют на крошечном хуторском кладбище. Так Волкодав и вымер в начале XXI века.

«Люди еще вернутся в Волкодав»

Люди вернутся в Волкодав уже через два-три года, уверен местный уроженец, предприниматель из Россоши Михаил Соболев. В 2013 году он поставил в заброшенном хуторе овцеферму – начал создавать новые рабочие места. Вместе с сыном с сыном Романом они выиграли несколько грантов, купили племенных овец, поставили для них помещения, наняли сторожей – двух Сергеев. Фермеры планируют поставлять баранину в Москву и Санкт-Петербург и продавать козье молоко.

– Нам бы хотелось дать Волкодаву вторую жизнь. Ко мне уже обращались несколько семей беженцев с Украины относительно возможного трудоустройства здесь. Остовы домов есть, их можно восстановить и селить сюда новое поколение хуторян. Думаю, что это вопрос ближайших двух-трех лет. Мы предполагаем расширять производство и создавать рабочие места, так что новые люди нам потребуются. Тем более, что электричество, благодаря нашей овцеферме, сюда еще не отрезали, а значит – Волкодав остается на карте, – считает Михаил Соболев.

История Волкодава началась с запорожских казаков

Глава Шекаловского сельского поселения, к которому относится Волкодав, Владимир Рябоволов – лучший экскурсовод. Здесь жили его дед с бабкой – Дмитрий Павлович и Александра Сергеевна, а он мальчишкой приезжал к ним каждое лето из соседнего хутора. Его бабушка, умершая в 1989 году, покоится на крохотном кладбище, а дед – в нескольких километрах отсюда – на погосте другого хуторка, куда он переехал к одному из сыновей после смерти жены, да там и умер.

– Здешние хутора – Волкодав, Сагуны, Дудников основывались в XVII-XVIII веках пришлыми запорожскими казаками, и до сих пор многие уроженцы этих мест имеют родственников в центральной Украине. А Волкодав – было прозвищем человека, который в XVIII веке голыми руками задушил в здешнем лесу старого волка. Этот крестьянин работал у пана Кирсанова, и по его прозвищу и был назван хутор, – рассказал Владимир Рябоволов.

По словам Михаила Соболева, название Волкодав все же связано с огромными сторожевыми псами, без которых было не уберечь местных овец от водившихся вокруг волков.

– На наших небольших хуторках коров и свиней были единицы, зато много овчарен. А овец от волков стерегут именно громадные псы – волкодавы, от которых и произошло название хутора, пояснил он.

Самый грозный волкодав

Псов-волкодавов сегодня в Волкодаве целых пять – все они стерегут овец. Самый грозный из них –алабай Чарлик, у которого в подручных четыре пса размером поменьше, да нравом помягче. Самый смирный – Вулкан имеет узкую специализацию, с одним из Сергеев он пасет овец на склонах окрестных балок.

Владимир Рябоволов и Михаил Соболев провели корреспондентов РИА «Воронеж» по косогорам Волкодава, где петляет единственная хуторская улица – Запрудная. Вдали, на фоне разрушенных овчарен советской эпохи, паслись овцы

– Тут стоял магазин, а вот развалины дома моего деда. Еще остался колодец, погреб. Этими сладкими грушами мы – мальчишки, помню, в детстве объедались, – показал Владимир Рябоволов.

На крохотном хуторском кладбище корреспонденты РИА «Воронеж» встретили Лидию Викторовну Бречко с ее супругом Владимиром. Пенсионерка приехала из другого села Россошанского района – Лизиновки на могилу к своему деду – Николаю Ворвулеву.

– Волкодав – моя родина. Отсюда я уехала, когда мне было еще 20 лет, потом всю жизнь наезжала сюда к родне, а теперь, когда ее не осталось, несколько раз в год навещаю могилу своего деда. Наш дом стоял точно на том месте, где сегодня находится новая овчарня. Конечно, может быть, если новые люди в хутор приедут, то наш Волкодав возродится. Хотя, я в это не особо верю.

×

Добавить издание «РИА "Воронеж"» в ваши источники?

Новости из таких источников показываются на сайте Яндекс.Новостей выше других

Добавить

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter