РИА «Воронеж» продолжает рассказывать о последних жителях умирающих хуторов и деревень региона. Журналистов интересует, останутся они на карте через 10-15 лет или исчезнут вместе со своими последними жителями. Очередной выпуск спецпроекта посвящен хутору Гришевка Подгоренского района, который территориально относится к Гришевскому сельскому поселению и находится от его центра – поселка Опыт – в 1,5 км.

Хутор основали на правом берегу речушки Гнилая Россошь в конце ХVIII – начале ХIХ века. В 1900 году в нем было 67 дворов и 456 жителей, два общественных здания, школа и лавка. Здесь же размещалась усадьба Чертковых – Гришевское, тогда владелицей ее была Елена Черткова, и тут постоянно жили 138 человек. Рядом был и владельческий хутор Притвицев Гришевка с населением 16 человек.

В 2007 году в Гришевке обитали 56 человек, а сегодня в шести жилых домах – около 15. Во времена СССР тут были школа и магазин, хуторяне работали в трех окрестных колхозах.

Нынешняя Гришевка образовалась из двух хуторов – собственно Гришевки и Новогришевки, примыкавших друг к другу. Хутор тянется вдоль единственной улицы Заречной почти на 5 км.

На хуторе несколько брошенных домов, еще несколько куплены под дачи. До половины Гришевки дорога просыпана отсевом, так что в любую погоду проехать сюда не проблема. Правда, два жилых дома – Ивана Михайлова (он во время приезда журналистов РИА «Воронеж» ушел на охоту) и Сергея Битюкова – стоят на дальнем конце хутора.

Глава Гришевского сельского поселения Алексей Сергеенко постоянно навещает хуторян и оперативно решает все возникающие проблемы.

– Огромный плюс в том, что по хутору проходит газ и большая часть жилых домов газифицирована, – заметил Алексей Евгеньевич в беседе с журналистами РИА «Воронеж». – Добраться до Опыта отсюда не проблема – до центра поселения близко, а оттуда три раза в день идет автобус до Подгорного и обратно, так что гришевцы не чувствуют себя оторванными от внешнего мира.

Ольга Еличева, которой 51 год, живет в самом центре хутора. Она работает в отделении «Милосердие» дома-интерната для престарелых и инвалидов поселка Опыт. До работы ей добираться порядка 3 км. Даже зимой, когда нет метели, она проделывает путь из дома на работу и обратно на велосипеде.

Во дворе хозяйки растет старая яблоня, которую сажали в молодости ее родители.

– Оба моих мужа умерли, – сообщила Ольга, – у меня сын и три внука, а в хозяйстве куры да козы. Мне одной многого и не надо. За работу надо держаться: я выплачиваю четыре кредита, брала их для всяких бытовых нужд. А тут у нас хорошо, тихо, спокойно и до цивилизации рукой подать!

До домика другого хуторянина – 72-летнего Сергея Битюкова – от центра хутора около километра. Поэтому хозяин превратил свой дом в небольшую крепость – у калитки сложная система запоров, двор охраняют голосистые дворняги.

Жена Сергея умерла, у него двое детей и семеро внуков. В магазин до Опыта он ездит на велосипеде. В доме одинокого пенсионера очень уютно и чисто. Бывший колхозный тракторист смастерил хитрую телевизионную антенну, к которой пристроил градусник.

– Тысячу раз мог уехать к детям, но сам не хочу ничего менять в своей жизни, – заметил Сергей Битюков. – Хотя я в этой части хутора живу один, тут вполне комфортно. А главное, тихо. Одиночество меня вовсе не тяготит, наоборот, по-моему, это большой плюс. Конечно, если здоровье весной-осенью прихватит, «скорой» проехать на этот край Гришевки будет сложновато – до моего дома дорога не отсыпана. Зато зимой ее чистят постоянно.

Во дворе дома Сергея Битюкова стоит необычная постройка, похожая на уличный туалет, только почему-то на высоком фундаменте. Оказалось, погреб.

– У меня очень близко к поверхности подходят грунтовые воды, и потому пришлось в свое время копать погреб в самом высоком месте двора, да еще поднимать вход, чтобы подпол водой не заливался, – пояснил хозяин. – Заготовок я на зиму делаю немало – и овощи туда кладу, и банки с соленьями.

А еще Сергей сам печет хлеб.

Пожалуй, главный человек в хуторе – его уличком, 56-летний Михаил Инов. Он живет один в доме своих родителей, забор которого, как и сам вход, украсил поделками из старых шин и пластиковых баклажек.

Так, например, в этом умирающем хуторе появился диковинный жираф.

На окно возле порога дома приделан термометр, изготовленный в 1903 году, который дед Михаила Инова – Кузьма Андреевич – привез откуда-то издалека еще до революции. Градусник до сих пор работает идеально – правда, деления стерлись, но хозяин их каждый год старательно подрисовывает.

Михаил Инов родился в Гришевке, в 1980 году уехал к старшему брату в Волгоград, работал там до 2001 года. Развелся с женой, которая осталась в Волгограде, как и его сын, дочь и внуки, отношений с которыми Михаил практически не поддерживает.

– В 2001 году я вернулся на родину дохаживать свою маму Анну Александровну. С тех пор ношу бороду, – рассказал хозяин. – В этом есть особый смысл. Я стал уличкомом Гришевки, и борода помогает мне решать разные вопросы, с которыми часто обращаются соседи. Она ведь старит меня, с ней я кажусь почтенным седобородым пенсионером, которому чиновник лишний раз не откажет – бывает неудобно. Всегда как увидят меня в коридоре, так приглашают войти, предлагают присесть. Борода открывает мне двери в кабинеты, что идет на пользу всем гришевцам. Поэтому я ухаживаю за ней и сбривать не собираюсь.

Михаил для Гришевки человек незаменимый. Надо поменять лампочку на уличном столбе – он надевает «кошки», карабкается на столб и делает это. Инов постоянно на связи с главой поселения, и от этого тандема выигрывают все хуторяне.

У Михаила в хозяйстве есть птица и козы. Своего любимого козла он научил по команде здороваться.

«Привет, Борис!» – обратился хозяин к бородатому козлу. Животное подало хозяину копыто, которое тот сразу пожал.

Соседи Михаила – семья Щербаковых: Сергей, Светлана и их сын Николай. Мужчины категорически не захотели общаться с журналистами из Воронежа, а Светлана немного поговорила с гостями.

– Родом я с Камчатки, потом оказалась в Тольятти, где познакомилась с будущим мужем. Поженились мы в 1980 году, потом приехали сюда, на его родину. У нас трое детей и четверо внуков. Конечно, в 1980-х годах, когда еще были колхозы, прожить было проще. Я работала дояркой, муж – механизатором. А теперь в округе работы нет вообще, только свой огород и выручает. Конечно, хорошо бы в Гришевку новые люди приехали, да только тут работы-то нет. Замкнутый круг выходит, – рассудила Светлана Щербакова.

Рядом с Щербаковыми живет семья Заварзиных. В их доме с утра до ночи шум и гам. Вместе с 80-летней хозяйкой Лидией Ивановной и ее сыном, 57-летним Юрием, в доме живет племянник хозяйки – 34-летний Юра – вместе со своей возлюбленной, 25-летней Светланой. У пары трое маленьких детей (на момент приезда журналистов из Воронежа они были у родственников).

Юрий-старший – чернобылец, работал на монтаже четвертого энергоблока тамошней атомной станции еще за год до трагедии. Во время самой аварии, в апреле 1986 года, он несколько дней находился там же. С тех пор здоровье пошатнулось. Квартиры, обещанной  государством, он за все годы так и не получил.

– С женой я в разводе, – рассказал Юрий Николаевич. – У меня двое детей и двое внуков. Но сейчас живу рядом с мамой.

На Светлане фактически держится весь дом: она и готовит, и убирает. Юрий-младший иногда перебивается случайными заработками. Когда-то он хотел стать рок-музыкантом. О тех днях теперь напоминает лишь старая электрогитара, которую Юрий уже давно не брал в руки.

– У нас в Опыте была рок-группа, но теперь ее нет, – посетовал он. – Мой кумир – Виктор Цой, его имя я написал на одной из построек нашего двора, а рядом нарисовал мой идеальный мир: город и красивые дома. Жаль, что все это только сказка, а в реальной жизни все по-другому.

Самые пожилые жители Гришевки – супруги Пилипенко: Василию Ивановичу 84 года, а Зое Ефимовне 78 лет. Для обоих это второй брак, оба давно схоронили своих первых супругов. Вместе Василий Иванович и Зоя Ефимовна уже 25 лет. У нее от первого брака двое детей, есть двое внуков и два правнука. Общих детей у супругов, разумеется, нет.

– Слава Богу, здоровье пока не слишком подводит. Правда, у меня диабет, и как приступ начинается, обязательно рассасываю кусок сахара-рафинада, который всегда ношу с собой, – поделилась Зоя Ефимовна. – Много лет назад прямо за нашим огородом были перекинуты мостки через Гнилую Россошь, так что до Опыта напрямую было метров 600, но их уже давно нет, и мы с дедом ходим по дороге. Но ничего, пока держимся.

– Через 10-15 лет тут у нас ничего не будет, хотя земля у нас – пух! Чистый чернозем, но раз работать негде, то и новые люди не приедут. Так и сойдет на нет наша родная Гришевка… – сокрушается Зоя Пилипенко.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter