Новости

Спорт

Воронежский футболист Константин Скрыльников: «Я всегда играл за любимые болельщиками команды»

, Воронеж , текст — Павел Горячев , фото — РИА «Воронеж»
  • 3047
Воронежский футболист Константин Скрыльников: «Я всегда играл за любимые болельщиками команды»

Игрок «Выбора-Курбатово» вспомнил лучшие годы карьеры.

Полузащитник «Выбора-Курбатово» Константин Скрыльников рассказал о пути от спецшколы «Факела» до выступлений за команды Премьер-лиги в интервью корреспонденту РИА «Воронеж». Полузащитник вспомнил игру в карты с партнерами по «Кавказкабелю», просмотр в звездном «Спартаке», работу в «Рубине» с Курбаном Бердыевым и возвращение в родной «Факел».

«Чтобы стать профессионалом, пошел на снижение зарплаты в три раза»

– В рамках подготовки к весенней части первенства зоны «Центр» команде предстоит провести четыре сбора. С годами их переносить все тяжелее?

– Наоборот, очень хочется на сборы. Как школьнику после долгих каникул надоедает отдыхать, и он хочет учиться, так и меня буквально тянет работать. Но по опыту знаю – после трех дней на сборах будешь думать совсем иначе. Потому что нагрузки очень серьезные. Да и от семьи отрываться все тяжелее.

– Чем будете заниматься после тренировок?

– На сборах, как правило, читаю. Может быть, возьму «Анну Каренину» – до сих пор до нее не добрался. Могу почитать книги, которые могут пригодиться как тренеру в будущем. Но не надо думать, что на сборах масса свободного времени, и ты не знаешь, куда себя деть. В день две тренировки. Между ними дневной сон. А после вечерней тренировки есть часа два перед отбоем, не больше. Зря говорят, что футболисты совсем не читают. Бывший капитан «Факела» Дмитрий Мичков, Владимир Татарчук – интересные, читающие ребята.

– На первом сборе «Выбора-Курбатово» вы тренировались с молодыми игроками из дубля. На кого посоветуете обратить внимание?

– Вячеслав Головин – интересный парень. С хорошей скоростью, дриблингом. Пока он заметно волнуется, но он может вырасти в хорошего игрока. Условия для этого в клубе созданы.

– У вас таких не было?

– Мы о таком и подумать не могли. Но мы постоянно играли в футбол и после тренировок. Помню, бегал на «резинке» на стадионе «Факел». Сейчас во дворах столько не играют, как раньше.

В 90-х было тяжело – тренеры, пусть они и были хорошими специалистами, думали о том, как прокормить семью, больше, чем о нас. Они пахали на нескольких работах сразу. Многие мне рассказывали: «Нам тренер кинул мяч, сказал поделиться на две команды и играть». И винить наставников за это не стоит,
Константин Скрыльников

футболист ФК «Выбор-Курбатово».

Но я был уверен, что стану футболистом. Мечтал об этом с детства. Другое дело, что я оставлял себе определенный зазор – поступил в строительный университет на специальность «Теплогазоснабжение и вентиляция» и закончил его. Один умный человек в свое время сказал мне: «Помимо футбола в твоей жизни должно быть что-то еще, чтобы ты всегда был уверен в будущем». «Факел» тогда играл в Высшей лиге, пробиться в команду было нереально. Хорошо, что выпал шанс уехать на просмотр.

«Один умный человек в свое время сказал мне: "Помимо футбола в твоей жизни должно быть что-то еще"»
Фото — Роман Демьяненко.

– И вы оказались в команде с экзотическим названием «Кавказкабель»?

– Работающий сейчас в дубле «Факела» Олег Каземов играл со мной в «Престиже». У него в «Кавказкабеле» был знакомый, через которого он и устроил мне просмотр. Я уже трижды был чемпионом области, пора было выходить на новый уровень. Ради того, чтобы стать профессионалом, я пошел на снижение зарплаты в три раза. Как правило, незадолго до «получки» приходилось брать в долг. Тем более в Прохладном делать нечего – 57 тыс. жителей. Играл в бридж с партнерами и, бывало, что половину зарплаты проигрывал.

– Стадион в Прохладном заполнялся?

– Там уютный стадион тысячи на полторы зрителей, людей по пятьсот на матчи всегда приходило. Хорошее было время. На Кавказе колоритно – особенно запали в память поездки в Моздок, Ингушетию. Тогда в Чечне еще шла война. Нам говорили не выходить из раздевалки до игры. Бывало, кому-то захочется в туалет – а его в раздевалке нет. Сбегать не разрешают, терпи. Выиграешь в гостях – могут камнями закидать. Но такое было все же нечасто. Не было такого, чтоб было реально страшно. Романтика – тебе запрещают выходить на улицу после 11 вечера, а ты специально выходишь, хотя там и нечего делать. Мне был 21 год. Благодаря тому, что было нечего делать, думал только о футболе. Помню свой дебют. Вышел на замену на две минуты. Успел устать – показалось, что все безумно быстро бегают. А во втором круге чемпионата стал стабильным игроком основы, зарплату подняли с трехсот рублей аж до семи тысяч. А родители в Воронеже больше тысячи не получали. У меня была эйфория.

– Голова не закружилась?

– В Тольятти на некоторое время я «поплыл». Я удачно отыграл за «Кавказкабель» против местной «Лады» товарищеский матч и получил предложение о переходе. Зарплата стала еще больше. Да и город большой — не чета Прохладному. Я стал ходить по клубам, думал, что уже многое умею. Просидел месяц на скамейке запасных. А потом вышел на замену против нальчикского «Спартака», забил гол. И понял: «Сегодня я сижу на лавке, а завтра вообще перестану быть нужным команде и отправлюсь назад во вторую лигу». И резко пришел в себя.

Спортсмен – не певец, который может «выстрелить» и ездить по гастролям с парой хитов. Я должен был каждый день подтверждать свою состоятельность,
Константин Скрыльников.

– У «Лады» был неплохой состав.

– Виталий Калешин играл справа, я слева. В защите был Белозеров – он был капитаном молодежной сборной. Отличный футболист, мог бы добиться еще большего. Показалось все же, что Тольятти — хоккейный город. Народ заполнял стадион только на матчах Кубка России против клубов «вышки».

«Я был очень расстроен, что не попал в «Спартак» к Романцеву».
Фото — Андрей Архипов.

– Из Тольятти вы отправились на просмотр в «Спартак»?

– Да, я отправился туда после первого сезона в «Ладе», провел с «красно-белыми» два сбора. Тогда красно-белые как раз подписали Сычева. Работал в команде с Ковтуном, Бесчастных, Кебе, Титовым, Парфеновым. У них было много заученных комбинаций, которые ребята разыгрывали «на автомате». Эти два сбора мне очень много дали. После них я всегда знал, что буду делать еще до получения мяча. Жаль, что я не остался в команде. После операции на мениске чувствовал себя процентов на 30 готовым. Но другого шанса бы не было. В клубе знали, что я восстанавливаюсь после травмы. В двусторонках я выглядел неплохо, но в итоге не перешел в стан москвичей. Может, не настолько понравился Романцеву, чтоб меня брать, может, клубы не договорились по сумме отступных. Я был очень расстроен.

«Лучшие годы карьеры провел в «Роторе»

– Но еще через год вы все же оказались в Премьер-лиге.

– Меня отец настраивал с детства: «Ты должен играть в Высшей лиге». Я запомнил это и двигался к цели. Сейчас раздумываю, может, я немного успокоился, когда заиграл в Премьер-лиге? Если бы мне внушали, что я должен пробиться в национальную сборную, может, я бы и добрался до этого уровня.

– В какой-то момент вы были недалеки от этого?

– Когда хорошо начал сезон в «Томи», мне шепнули, что за мной наблюдают как за кандидатом в сборную. Я на этом не зацикливался. Думал, что надо просто показывать свой максимум, тогда приглашение не заставит себя ждать.

– Все же в «Роторе» вы выглядели ярче.

– За «Ротор» я провел лучшие годы карьеры. Болельщики меня любили – а это очень важно. Я чувствовал это и выкладывался в каждой игре на полную катушку. И, выходя на поле с Валерием Есиповым, получал огромное удовольствие. Он мог забить с любой точки поля. Даже головой при его росте забивал. Да и вообще хороших игроков у нас хватало. Талант Алдонина, к примеру, был виден сразу. В товарищеском матче с киевским «Динамо» он дважды пробрасывал мяч между ног оппоненту. А он «опорник»! Я болел за «Ротор» в юности. Когда волгоградцы несколько раз были близки к чемпионству, переживал за них. Хотя футбола тогда почти не показывали. В «Футбольном обозрении» достойно представлены были только выступления столичных клубов. А с матчей в регионах даже маленьких отчетов не было. Не показывали комбинаций, которые приводили к голу – только мяч, который уже влетает в сетку. Страна узнавала о происходящем из «Спорт-Экспресса». А за волгоградским клубом слежу и сейчас. Надеюсь, он выживет.

Такие команды не должны исчезать. «Ротор» и «Факел» похожи – это команды с традициями, с многочисленной армией болельщиков. Виновные в нынешней ситуации должны понести ответственность, почему поклонники «Ротора» должны пострадать из-за них?
Константин Скрыльников.

– Нет ностальгии по Премьер-лиге середины нулевых? Нынешняя сильнее?

– Конечно, сейчас выше скорости. Приезжают качественные легионеры. И сравнивать сильнейшие команды того периода и нынешнего некорректно – футбол все же развивается. Но есть команды-феномены вроде «Спартака» 90-х или недавней «Барселоны». Такие не затеряются в любую эпоху.

– Вы начинали играть тогда, когда в стране не было лимита на легионеров. Когда он появился, вы выступали в Премьер-лиге. Он помог или помешал российским футболистам?

– Я никогда о нем особенно не думал. Но в «Рубине» ощущалось, что с российским паспортом ты увеличиваешь свои шансы на попадание в основной состав. И поэтому конкуренция иногда была не такой острой, как могла бы быть. Но мне кажется, Бердыев так любит латиноамериканских игроков, что мог бы целиком из них команду составить.

– Вы противостояли на фланге лучшим игрокам Премьер-лиги. Переигрывали на фланге Ролана Гусева в 2003 году, в 2004 – молодого Александра Анюкова.

– Матчи против «сборников» запоминались. Тяжело было против Владимира Быстрова, против Сергея Семака я действовал персонально. А Марат Измайлов поражал. Обычно стараешься предугадать действия соперника, а у Измайлова очень нестандартное мышление и целый арсенал финтов в запасе. Пересекался на поле с Карвалью – он творил что-то особенное. Когда в «Томи» играл в середине поля, сталкивался с Жирковым из ЦСКА – очень сильный игрок.

– Как вы оказались в Томске?

– В «Томь» перешел после травмы, которую получил, играя за «Ротор». Томичи тогда дебютировали в Премьер-лиге, других предложений из клубов «вышки» у меня не было. В Томске здорово играть – болельщики любят клуб.

– Именно в Томске родился трюк, названный в народе «адовый финт Скрыльникова».

– Конечно, помню этот эпизод в матче с «Зенитом». Мы вели в счете, и я специально подурачился. Можно было себе позволить. Тот, кто думает, что я запутался в собственных ногах, ошибается. Когда за «Ладу» обыгрывал «Торпедо-ЗИЛ» со счетом 6:0 в Кубке России, набивал мяч коленями, чтобы повеселить болельщиков. Тогда у меня был кураж, отношение к футболу как к игре, как у мальчишки во дворе. Сейчас, видимо, уже немного не так.

«У меня было отношение к футболу, как у мальчишки во дворе».
Фото — Андрей Архипов

– В «Томи» некоторое время вы работали с Бышовцем. Это самый необычный тренер в вашей карьере?

– Он очень специфический человек. У него не бывает разговоров просто так – каждый для чего-то задуман, он приведет к чему-то в будущем. Как шахматист, рассчитывающий партию на много ходов вперед, Бышовец продумывает свои действия. Эти методы он использовал многие годы. Бышовец очень себя уважает. Каждый раз, собирая команду перед отправкой на выездной матч, он рассказывал какую-то поучительную историю. Чаще всего в этих историях фигурировал он сам. Ребята посмеивались. Но надо признать, что ему и впрямь есть, что рассказать.

– В «Рубин» вы уходили, чтобы бороться за медали?

– Во-первых, казанцы играли в еврокубках. Во-вторых, боролись за более высокие, чем «Томь», места. И я делал шаг вперед. Меня приглашал Бердыев на место левого инсайда. Говорил: «У меня на этом месте есть латиноамериканец. Талантливый, но очень ленивый. Думаю, продадим его». Фамилия этого латиноамериканца была Домингес. Он тогда выдал лучший сезон в карьере и стал звездой. Но в чемпионате я все же поиграл, и два матча в Кубке УЕФА провел.

– Вы успели пересечься в Казани с Романом Широковым?

– Да, он и тогда был классным игроком. Его почти невозможно накрыть, прочитать его замысел. Он очень умно работает с мячом. Казалось, он даже не потел никогда. Но на самом деле он блестяще понимает игру и не позволяет себе ненужной суеты. А почему не засиял раньше – мне кажется, он какое-то время плыл по течению. Понимал, что он хороший футболист, знал, что не пропадет – а больших целей перед собой не ставил. Возможно, он что-то понял и стал серьезнее.

– В команде за словом в карман не лез?

– Он вел себя очень вежливо. Широков – хороший, порядочный парень. А все эти истории с болельщиками, видимо, оттого, что его вывели из себя.

– Бердыев действительно великий тактик?

– В плане теории он мне дал больше всех. Этот багаж знаний со мной и сейчас. Бердыев говорил: «Мяч имеет свойство притягивать внимание. А надо смотреть на людей – куда открывается соперник, где находятся твои партнеры». Поэтому, если в моей зоне нет мяча и воротам нет угрозы, я на мяч почти не смотрю – оцениваю расположение игроков.

«Если в моей зоне нет мяча и воротам нет угрозы, я на мяч почти не смотрю – оцениваю расположение игроков»
Фото — Катерина Пошвина.

– Почему из клуба-участника еврокубков вы ушли в «Анжи», команду первого дивизиона?

– Я слышал, что вопрос решался на уровне руководителей республик. Возможно, это неправда. Но мне дали понять: или я ухожу в «Анжи», или я бегаю по кругу в Казани. Я решил, что лучше уйти ненадолго в первый дивизион и потом вернуться наверх. А потом я ушел в «Урал», где первые полгода получал небывалое удовольствие от футбола. Из-за этого подписал длительный контракт с клубом и в Премьер-лигу уже не вернулся. Поэтому всегда советую молодежи держаться за возможность оставаться в элитном дивизионе.

– В «Урале» вы стали самым дорогим приобретением в истории клуба – 400 тыс. долларов.

– А по этому поводу я никогда не заморачивался. Я доволен другим.

Я всегда играл за любимые болельщиками команды. «Ротор», «Урал», «Шинник», «Факел» – у каждого из этих клубов есть история. Ни один футболист не хочет играть на пустом стадионе. В «Шиннике», кстати, я и начал брать 36 номер в честь Воронежа – с тех пор не меняю,
Константин Скрыльников.

«Свое возвращение в «Факел» не могу назвать радужным»

– Вы помогли «Уралу» выйти в Премьер-лигу и перешли в «Факел», во второй дивизион.

– Я очень скучал по Воронежу. Когда играл в родном городе за «Шинник» в 2011 году, в первом туре ФНЛ, особенно затосковал. Смотрел на почти заполненный стадион и думал: «Когда же я буду играть дома». Перед родными трибунами играть приятнее втройне.

– Жаль, что не удалось отыграть за родной клуб всю карьеру?

– Я очень уважаю тех, кому это удалось – Паоло Мальдини, Райану Гиггзу. Но сегодня это очень непросто. Клубы часто меняют тренеров, у тех разное видение футбола, разные требования к игрокам. А футболисту нужно, чтоб ему доверяли и давали играть. А что, если ты перерос уровень родного клуба? Накладывается много разных факторов. Свое возвращение в «Факел» я не могу назвать таким радужным, как это может казаться со стороны.

– Почему?

– Я думал, что перед клубом поставлена четкая задача - выйти в ФНЛ. Полагал, что быстро вернусь туда с родным клубом. Но команду перестраивали незадолго до старта чемпионата. Да, под Муханова набирали квалифицированных исполнителей, но все же очень тяжело поставить такой непростой футбол за небольшой промежуток времени. Перед первым туром мы все еще задавали тренеру вопросы, не зная, как действовать в той или иной ситуации. А Муханов держался за голову и говорил: «Вы меня не понимаете». Согласен с тем, что тот футбол смотрелся очень красиво, но мы не были сыграны, в центре поля не было слаженности. В итоге в каждом матче мы пропускали по парочке контратак — команда же очень сильно раскрывалась. А потом Муханова убрали из команды, а новый тренер смотрел на футбол совсем иначе. В таких условиях сложно бороться за выход в ФНЛ. И вместо того, чтобы еще поиграть в первом дивизионе, я оказался во втором. В «Выборе-Курбатово», кстати, такой неразберихи не произойдет. Клуб развивается планомерно, Валерий Анохин и Радик Ямлиханов образовали хороший тандем, в котором каждый занимается своим делом.

– В нынешнем сезоне «Факел» с большой долей вероятности все же выйдет в ФНЛ.

– Буду очень рад. Для Воронежа это важно, буду болеть за парней. У меня нет никаких обид – я все же вернулся домой.

– Сильно Воронеж изменился с той поры, когда вы уезжали в Прохладный?

– Очень. Теперь это настоящий город – раньше, в конце 90-х, такое сказать было сложнее. Особенно город изменился в последние лет пять. Раньше он был серым. Даже не везде можно было встретить бордюры.

– Что будете делать после окончания карьеры?

– Хотелось бы оставаться в футболе и нормально содержать семью. Может, смогу работать со взрослыми командами, а может, буду тренировать детей. Мы с семьей наездились по стране. Сейчас наконец-то есть ощущение, что мы дома, никуда срываться не хочется.

– Сыновьям стать футболистами не пожелаете?

– Они играют в футбол, оба занимаются в секциях. Я не против.

Если сыновья будут получать от этого удовольствие, буду только рад. Прошу их только не бездельничать. Не хочу, чтобы они сидели целыми днями с планшетами. Главное, чтобы выросли счастливыми людьми,
Константин Скрыльников.

ВХОД

Используйте аккаунты соцсетей

РЕГИСТРАЦИЯ

Используйте аккаунты соцсетей
CAPTCHA

Не помню пароль :(