Анна Марстерс – лингвист, переводчик, преподаватель языковой школы. До пандемии устраивала увлекательные экскурсии по городским районам, во время которых говорила с учениками на английском языке. Сейчас групповые прогулки пришлось отложить, а уроки английского девушка ведет из дома. Как онлайн-технологии изменили формат преподавания и в чем неожиданное преимущество общения с учениками по скайпу, Анна рассказала корреспонденту РИА «Воронеж».

– Экспериментировать с удаленкой я начала еще весной. Мне кажется, что в наше время не создавать толпу – это уже часть этикета. Зачем нервировать людей?

Сначала думала, что будущее за Zoom – рассчитывала на занятия в мини-группах. Но с мини-группами у меня не сложилось, к тому же в чате не сохраняется весь материал, который я пишу студентам. В скайпе же записи сохраняются, в этом плане он остается лучшим.

Удаленка – вынужденная мера, особенно когда преподаешь гуманитарные науки. Человеческий фактор очень важен – ты должен чувствовать человеческую энергию, иметь возможность смотреть в глаза. Если раньше я проводила со студентами каждой группы по два занятия два раза в неделю по 80 минут, то теперь работаю в Сети с каждым студентом по часу.

По сути, уровень моего заработка сопоставим с докоронавирусным, но количество потраченного на преподавание времени увеличилось в разы. Если в прошлом году на работу я тратила около шести часов в день, то сейчас – не меньше девяти. Времени на сон остается гораздо меньше.

Учитывая, что мое пространство сейчас и жилое, и рабочее, мне приходится его разделять. Я сама с собой договорилась, что время с 6:00 до 9:00 – мое личное. И вот этот небольшой временной кармашек мне очень сильно помогает, порой даже больше, чем возможность выспаться. В это время я нахожусь наедине с собой и мыслями, которые не связаны с работой. Поскольку я просыпаюсь в 6:00, ложусь спать тоже рано – не позже 23:00.

Конечно, приспособиться к новым условиям удалось не моментально. Более того, поначалу я по старой привычке включала компьютер, раскладывала бумаги. А теперь многие вещи приходится делать на ходу, и окружающим меня людям тоже. Часто студентки занимаются со мной, пока едут на работу: она за рулем, у нее нет возможности ни открыть учебник, ни проверить со мной «домашку» – мы просто разговариваем на английском.

Поначалу я очень огорчалась – мой внутренний академический методист негодовал и говорил: «Что же это такое? Во что мы превращаем процесс учебы?» Потом я поняла, что процесс неминуемо трансформируется. И в этом начали просматриваться свои плюсы. Ведь язык – это прикладной инструмент: чем больше ты сможешь интегрировать его в свою бытовую жизнь, тем лучше. Так язык становится частью жизни. Сейчас мои группы стали меньше (мы занимаемся почти индивидуально), занятия короче, но, когда мы вынужденно оторвались от академической манеры классно-урочной системы, изумительным образом прикладные языковые навыки у студентов пошли вверх. Ребята, обучаясь на дистанционке, входят во вкус. Всего за полчаса мы поддерживаем языковую практику, и жизнь играет новыми красками. 

Я бы студентам, переходящим на удаленку, посоветовала не бояться экспериментировать с многочисленными мобильными приложениями для обучения. Все лето мы со взрослыми ребятами с наслаждением «тестили» разные программы. С одной стороны, прокачивали языковые навыки, с другой – учились работать с приложениями.

Сейчас для своих студентов я даже не педагог, а медиатор – своего рода «боксерская груша» в лингвистическом смысле слова. Уважаемые студенты, если вы понимаете, что у вас нет сил и ресурсов для самостоятельного изучения курса, используйте носителя языка или преподавателя как тренажер. Остальные знания выбирайте самостоятельно по сайтам, блогам и приложениям. Опыт последних пяти месяцев показал мне, что этот подход неплохо работает.

Нам всем нужно вооружиться терпением и жизнерадостным фатализмом. То, что происходит сейчас, – не хорошо и не плохо, это жизнь как она есть. Она все равно прекрасна и продолжается.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter