РИА «Воронеж» продолжает спецпроект «Воронеж иностранный». Участники проекта – иностранцы, которые живут, работают и учатся в регионе. Они поделятся своими наблюдениями о жизни в Воронеже. Взгляд со стороны – это возможность увидеть недостатки и достоинства, сделать город более интересным и гостеприимным.

Герой очередного материала спецпроекта – колумбиец Габриэль Антонио Алгарин Вега, который вот уже 25 лет живет в России. Габриэль – «звездный» шеф-повар и бренд-шеф одного из воронежских ресторанов, объездивший полмира и долгое время проработавший в московских ресторанах. Сразу на нескольких телеканалах он вел свое кулинарное шоу и угощал Бориса Ельцина, Ларису Долину, Филиппа Киркорова, Романа Абрамовича и семью Никиты Михалкова. В Воронеже жизнерадостного латиноамериканца Габриэля знают как шеф-повара, который в свободное время любит танцевать и кататься на велосипеде в спорткомплексе «Олимпик».

Колумбийский маршрут

Я родился в маленьком колумбийском городке, где живет примерно столько же людей, сколько и в Воронеже – больше миллиона человек. Но уже 25 лет живу в России, которая стала моей второй родиной.

Сейчас моей маме 85 лет, а папе – 86. В моей семье было 14 детей. У папы был маленький бизнес, и ему удалось разбогатеть. Мама никогда не работала – она сидела дома и воспитывала детей.

Мне 60 лет. У меня пятеро детей. Они живут в разных странах мира. Один сын живет в Венесуэле, второй – в США, третий – в Испании, а Габриэлла и Леонардо живут в Москве – они русские. Сам я разведен, с последней русской супругой я расстался. Она уехала в Америку, а я – в Воронеж.

О пути к профессии повара

Я не всегда думал, что буду поваром. В Венесуэле я учился на медицинском факультете по специализации «кардиология». На пятом курсе познакомился с моей первой красавицей-женой, и у нас появился ребенок. Когда мы ждали малыша, папа прямо сказал мне: «Твою учебу я больше оплачивать не буду – думай сам, как будешь кормить свою семью». Мне пришлось строить карьеру с нуля. Я попросил денег у мамы и поехал учиться в знаменитую французскую кулинарную школу Le Cordon Bleu, которая представлена в 23 странах мира. Учился в Испании, где обучение в школе стоило дешевле. Проучился три года. Мои учителя, увидев мой потенциал, предложили пройти практику в ресторане всемирно известной сети отелей InterContinentаl под руководством четырех поваров – немца, француза, итальянца и пуэрториканца. Так началась моя поварская карьера. В компании InterContinentаl я проработал как су-шеф («правая» рука шеф-повара) с 24 до 35 лет, за это время объездил полмира.

О встрече с Борисом Ельциным

В Россию я переехал по приглашению венесуэльского бизнесмена с русскими корнями – Ростислава Дунаевского-Бланко. В 1993 году, когда мне было 36 лет, я впервые приехал в Москву и открыл там французский ресторан.

В 1995 году мы кормили первого президента России Бориса Ельцина. Он научил меня пить водку. До этого я ни разу в жизни не пил крепкого спиртного.

Меня стали приглашать на телевидение – сначала на НТВ, потом «Первый канал» – три раза в неделю я вел свое кулинарное шоу. Это было самое интересное время в моей жизни.

О воронежском мясе

В основном наш ресторан покупает воронежскую говядину, но у нас есть и мясо из Новой Зеландии, Уругвая и Парагвая. Я готовлю стейки только на соли и растительном масле. Мясо мы не маринуем. Когда в Москве было открытие ресторана Ивана Урганта, у нас зашел спор с Юлией Высоцкой. Она сказала, что мясо надо готовить на оливковом масле. Я же считаю, что мясо нужно жарить на подсолнечном масле. Ни итальянцы, ни французы не готовят мясо на оливковом масле – только на подсолнечном.

О русском менталитете

Меня не шокировала русская зима – я много времени провел в Канаде. Я работал в Омске, Новосибирске, Красноярске. Вы знаете, как там холодно?

Поскольку у меня есть опыт работы в разных городах России, могу сказать, что менталитет русских людей сильно отличается в зависимости от географии: в Сибири живут одни люди, в Питере – другие, в Москве – третьи. В Сибири выходишь на улицу, и каждый прохожий на улице говорит тебе: «Здравствуйте!». Попробуй в Москве здороваться с каждым – все будут смотреть на тебя, как на сумасшедшего. Сейчас живу в 16-этажном доме и знаю каждого своего соседа. Люди здороваются со мной и рассказывают о себе. Каждый из них знает, что я шеф-повар.

Что можно сказать о разнице латиноамериканского и русского менталитетов? Вы очень грустные, а мы – очень веселые. Латиноамериканцы танцуют с самого раннего детства, а русские не танцуют. Я очень хорошо танцую. Я люблю танцевать ча-ча-ча, сальсу, меренге. Я танцую под любую музыку и очень хорошо знаю все ночные клубы Воронежа.

Теннис с Михалковым и футбол с послом Ямайки

На мой взгляд, в Воронеже сейчас всего хватает. Городская инфраструктура – на достойном уровне. Воронеж постепенно стал одним из самых лучших российских городов. Мое любимое место в городе – спорткомплекс «Олимпик», где я бываю на выходных. Здесь я сажусь на велосипед и проезжаю три круга расстоянием 40 км.

Помимо этого, я всю жизнь играл в футбол и теннис. В 1993 году я познакомился с Никитой Михалковым. Три года подряд мы играли с ним в теннис. Я кормил его маленькую дочку Аню, которая сейчас ведет «Спокойной ночи, малыши!». А вот с футболом мне повезло меньше. Одно время я играл в футбол с дипломатами. Но в 1999 году посол Ямайки во время игры случайно нанес мне травму ноги. Я провел на больничном три месяца. С тех пор не играю в футбол.

Когда смотрю футбольный матч по телевизору, болею за сборные Германии и Бразилии. Но своих русских детей я приучил: если играет Россия, всегда болейте за Россию. Я тоже болею за Россию, ведь живу здесь 25 лет.

О маршрутках и автоинспекторах

По городу я предпочитаю передвигаться на такси. Пару раз ездил в воронежских маршрутках и был разочарован: пассажиры очень недоброжелательные и злые. Они устраивают проблему из того, что им не досталось сидячее место. Но разве это проблема? Нет места – ничего страшного, можно и постоять.

Я умею водить автомобиль, но за руль в России не сяду никогда. Когда мы жили в Москве, у меня была своя машина. Но всякий раз, когда я начинал на ней ездить, меня останавливал автоинспектор и говорил: «Все хорошо, но мне надо кормить семью. Дай сколько-нибудь». Тот, кому я давал взятку, звонил своему коллеге, который стоял чуть дальше, и рассказывал про меня. Естественно, тот меня тоже останавливал. С тех пор я зарекся ездить по российским дорогам.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter