20 Сентября 2018

четверг, 19:07

$

67.01

78.36

Владимир Познер: «Для журналиста неопределенная позиция – единственно возможная»

, Воронеж, текст — Олеся Шпилева, фото — Олеся Шпилева
  • 4141
Владимир Познер: «Для журналиста неопределенная позиция – единственно возможная»

На встрече в ВГУ Владимир Познер рассуждал о высшем образовании, РПЦ и белых ленточках, а также привел в пример Винни-Пуха.

Сегодня в ВГУ известный тележурналист Владимир Познер пообщался со студентами и преподавателями вуза. За два часа Владимир Владимирович изложил собравшимся свою позицию по многим общественно-политическим вопросам.

Изначально формат встречи была заявлен как лекция. Но в самом начале Владимир Познер объявил, что никакой лекции не будет.

- Я не лектор, не профессор, я журналист. Сегодня я рассчитываю на диалог, - сказал Владимир Владимирович. - Я занимаюсь журналистикой много лет, и если здесь есть студенты журфака, я могу им выразить свое соболезнование. Невозможно научить человека быть журналистом - так же, как писателем. Это либо есть где-то внутри, либо нет. Можно научить писать грамотно. Но журналистика – это не профессия, а стиль жизни. Я бы никогда не советовал человеку, только что окончившему школу, идти на факультет журналистики. Я бы вообще закрыл все журфаки и открыл вместо них школы журналистики, в которых бы обучались те, кто уже имеет одно высшее образование. И они не изучали бы при этом историю, литературу и так далее. Сегодня в России быть журналистом очень тяжело. Именно журналистом, а не служителем власти.

Владимир Познер немного коснулся своей биографии.

- У меня была замечательная учительница биологии, из-за которой я решил, что хочу стать биологом. Жил я во Франции, а к поступлению в вуз перебрался в Россию. Языком я тогда владел не очень хорошо, но сочинение по Гоголю написал на 5 баллов. Благодаря этому набрал 24 балла из 25. Но в списках на зачисление себя не нашел. Мне объяснили, мол, многие люди набрали 25 баллов, поэтому вы не прошли. Но в коридоре меня догнала женщина и сказала: вас не хотят брать, потому что у вас неправильная фамилия – нерусская. И биография так себе. Так что боритесь. И я стал бороться. И меня взяли. Правда, уже на третьем курсе я стал понимать, что биология – это не мое. И стал думать, что мое – это переводы. Я переводил стихи старинных английских поэтов, после выпуска стал работать литературным секретарем вашего земляка Самуила Маршака. Он платил мне 70 рублей в месяц. А потом меня позвали в создающееся Агентство политических новостей на 190 рублей. Я к тому моменту был молодым отцом, и я согласился. С тех самых пор я в журналистике.

Владимир Владимирович рассказал, что многие родственники и знакомые осуждали его за то, что он не стал заниматься биологией. Ведь он отучился пять лет на бюджетном отделении вуза. В те времена отношение к образованию было другим: если ты получаешь бесплатное высшее образование в какой-то области, то надо продолжать в той же области работать. Познер считает, что он мог бы стать ученым, но при этом он не был бы счастлив.

- Многие наши беды от того, что мы не находим себя, не занимаемся своим делом, и рано начинаем мечтать о пенсии, - рассказал Владимир Владимирович. – Мне очень повезло, что я нашел свое призвание и смог реализовать себя. Но ситуация с современным высшим образованием меня пугает. Мне сказали, что у вас в ВГУ учится 25 тысяч студентов. Это больше, чем в МГУ. А сейчас готовится какое-то объединение, после которого количество студентов возрастет тысяч до сорока. Разве это разумно? Разве у каждого из этих людей будет качественное образование? Количество халтурных дипломов сегодня зашкаливает. Я не сторонник советского строя, но высшее образование тогда было лучше. Да, оно было идеологизировано, но люди были образованнее. Тогда население было в два раза больше, а вузов – в два раза меньше, чем сейчас.

Студенты интересовались и религиозными взглядами журналиста.

- Мой отец был скорее атеистом, мать – агностиком, но я крещен в католической вере. Сам же я атеист, - признался Познер. – Но религией всегда интересовался. Ветхий и Новый Завет, Евангелие читал несколько раз. Религия не прогрессивна по своей сути. Но если сравнивать разные конфессии между собой, то наиболее прогрессивен протестантизм. Православие же – на последних местах. Я считаю, что тот момент, когда Россия пошла по пути православия – трагедия. Если бы она пошла по пути католицизма или протестантизма, это было бы другая страна. Сегодня православная церковь в России – институт реакционный, националистический, пропагандирующий какой-то особый путь России, которого нет. Церковь вмешивается в те сферы светского государства, в которые вмешиваться не должна: школу, армию. Это явление однозначно негативное. Путин рассматривает церковь как систему, объединяющую Россию. Так же, как Сталин вернул церковь во время войны. Но вера – это совсем другой разговор. Есть очень большое различие между верой, религией и церковью. Как есть, например, различие между социалистической идеологией и политбюро ЦК КПСС.



Владимира Познера спросили и о его отношении к протестным движениям, распространившимся в России в прошедшем году. Журналист ответил, что любые митинги – это выражение недовольства граждан.

- Во Франции митинги в шутку называют национальным видом спорта. А в царской и советской России за такое расстреливали, у нас это не в традиции. Любые шествия – проявление гражданской позиции. Поэтому хорошо, что они есть, как ни относись к их основным посылам. Если люди хотят носить белые ленточки – пусть носят, если для них это важно. Меня многие не любят за то, что меня нельзя причислить ни к одной, ни к другой стороне. Однако я считаю, что для журналиста такая позиция – единственно верная.

Студентка исторического факультета припомнила Владимиру Познеру его слова после путча 1991 года: тогда он сказал, что эти три дня были самыми счастливыми в его жизни.

- Я не отказываюсь от своих слов, - ответил Познер. – В то утро, когда произошел путч, я был уверен, что перестройка, гласность – все закончилось. Потому что в путче принимали участие КГБ, армия, и выглядело это пугающе. Когда же оказалось, что все наоборот, конечно, я был счастлив. Это было начало движения вперед, развития, я до сих пор так считаю. Другое дело, что все наши надежды и вот это мое счастье не были, на самом деле, основаны ни на чем. Потому что если тебе 15 лет, нельзя надеяться, что завтра тебе будет 30. В стране, в которой никогда не было демократии, в которой даже не до конца понимают, что это такое, невозможно взять ее и сделать. Но это не значит, что развития нет вообще. Сегодня вы можете читать «Новую газету», слушать радио «Эхо Москвы», и это уже движение вперед и развитие в каждом частном случае.

Студент-политолог поинтересовался у Познера, как следует бороться с политической безграмотностью населения.

- Это все равно что спросить, как бороться с коррупцией, - сказал Познер. – Ответ очень простой: не участвовать. Когда вас полицейский остановит на дороге, не надо ему совать деньги, а надо составить протокол - да, долго, нудно, но не участвовать в этом. Как сделать подъезд чистым – не сорите. Как быть политически грамотным? Интересуйтесь. Смотрите пять разных источников, сравнивайте, никто и никогда этого не сделает за вас.

Познер признался, что в детстве у него был хрустальный шар, заглядывая в который, он узнавал будущее. Но он его потерял.

- Благодаря Путину Россия вновь появилась на международной политической арене. После падения всех многочисленных железных занавесов, мы предстали перед миром. Если бы мы были желтокожими, чернокожими или в крапинку, цивилизованный мир не ждал бы от нас ничего особого. Вон нет в Китае демократии – и всем все равно. А мы оказались похожи на них, но вели себя совершенно иначе. И все задумались: а что это они на нас похожи, но при этом такие странные? Большая непредсказуемая опасная страна, от которой все время чего-то ждут. Сейчас с Россией стали считаться, но ее так и не полюбили. Я не знаю, какое будущее у России. Но я очень надеюсь, что она станет страной, в которой будет не страшно жить.

Один из студентов спросил у Владимира Познера совета, как найти свое место в жизни. На что журналист процитировал Алана Милна.

- Когда Винни-Пух пытался выяснить, что любит Тигра, сначала он накормил его медом. Но Тигре мед не понравился. Тогда они направились к Пятачку, и Тигра попробовал желуди, которые тоже оказались так себе. Иа-иа угостил Тигру чертополохом, что тоже не пришлось ему по вкусу. А отведав рыбьего жира, он воскликнул: «Так вот что любит Тигра!». Когда вы попробуете свой рыбий жир, вы поймете, что это именно то, что вам нужно.

×

Добавить издание «РИА "Воронеж"» в ваши источники?

Новости из таких источников показываются на сайте Яндекс.Новостей выше других

Добавить

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Больше интересного в вашей ленте
Читайте РИА Воронеж в Дзене

Главное на сайте

Вход
Используйте аккаунты соцсетей
Регистрация
Используйте аккаунты соцсетей
CAPTCHA
Не помню пароль :(
Сообщить об ошибке
Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: