Полуфиналист и главный секс-символ первого сезона проекта «Танцы» на ТНТ воронежец Слава Петренко вместе с коллегами по цеху выступил в Воронежском концертном зале во вторник, 17 ноября. Ребята показали программу из лучших сольных и командных номеров, полюбившихся зрителям по телешоу. О том, зачем мама пугала его девушку Снежану курятником, на что он копит деньги, почему не любит давать автографы и на какие сообщения в соцсетях отвечает, а на какие – нет, Слава рассказал корреспонденту РИА «Воронеж».

На интервью Слава пришел со своей второй половинкой, участницей «Танцев» Снежаной Крюковой. Молодые люди начали встречаться после проекта. О личной жизни Слава и Снежана предпочитают не распространяться до сих пор, но в соцсетях на их страничках можно найти массу совместных фотографий, подтверждающих романтические чувства ребят. А минувшим летом влюбленные вместе приезжали в Воронеж, где Слава представил свою избранницу маме.

– Мама Славы очень тепло меня приняла, она прекрасная мама, – поделилась Снежана. – Правда, первое время я не очень понимала ее юмор, она постоянно грозилась каким-то курятником. Потом Слава рассказал мне эту шутку. На самом деле курятник у них небольшой, я бы справилась.

– Это у нас такой прикол семейный, – рассмеялся Слава. – Мы живем в частном доме, и мама с детства говорила мне: «Если решишь девушку в дом привести, будем посвящать ее курятником. Если она не брезгливая и согласится почистить, значит, хорошая невестка, берем». Но, по правде, она еще никого не заставляла делать это. Мы с мамой очень близки, я знаю, что она всегда поддержит мой выбор и не будет задавать лишних вопросов. Она мне доверяет. И уж точно никогда не станет проверять мою девушку чисткой курятника или мытьем полов.

– Слава, как часто после проекта удается маму навещать?

– К сожалению, я теперь редко приезжаю – раз в месяц на день-два. Гастроли очень плотно расписаны, нет возможности выкроить свободное время. Один раз пришлось срочно приехать – у меня дико заболел зуб, поехал лечить в Воронеж, потому что в Москве это очень дорого стоит.

 
 

– Перед проектом ты говорил, что если выиграешь в проекте 3 млн рублей, достроишь на эти деньги дом в Воронеже. Сейчас получается откладывать что-то с гастролей для осуществления мечты?

– Да. Но теперь я коплю на квартиру в Москве. Хочется уже свое жилье. Лучше взять ипотеку и потихоньку отдавать, чем платить впустую за съемное жилье. Мама полностью поддерживает мой переезд. Она всегда говорила, что мне надо стремиться в Москву. Хотя, конечно, скучает, без этого никак.

– Ты еще не пожалел, что согласился участвовать в туре, все-таки большая нагрузка?

– Нет, мне нравится так жить. Это же круто – танцевать и при этом зарабатывать деньги. Раньше я даже не представлял, что такое возможно. Как от этого можно устать? Конечно, бывает физически тяжело из-за того, что мы спим в автобусе, наскоро перекусываем в кафешках. Но все это такие мелочи по сравнению с возможностью танцевать на сцене, видеть восхищенные глаза зрителей! Воронеж стал 33-м городом, где мы дали концерт, впереди еще 32 выступления. А после Нового года у нас планируется второй тур. Словом, отдыхать некогда. Сейчас, если выпадает хоть один свободный день, мы либо идем гулять по городу – чисто чтобы мозги проветрить, либо тупо валяемся в номере и смотрим сериалы. Очень смешно было в Питере. Мы знали, что у нас намечается выходной, и планировали провести его в экскурсиях – все-таки великий город! А в итоге, когда добрались до гостиницы, просто отключились и проспали весь день. Так бездарно я еще никогда не посещал Санкт-Петербург.

 
 

– Поклонники вас уже узнают на улице? Как реагируют?

– Были города, в которых мы себя реально некомфортно чувствовали. Ты выходишь, вокруг толпа людей, охрана не может ее сдерживать. Я за Снежу в такие моменты больше переживаю, чтобы ее не затоптали. Мы пытаемся пройти в помещение, нам чуть ли не в лица тычут маркеры, телефоны. И даже не просят, а буквально требуют автограф или сфотографироваться, как будто мы им должны. Некоторые прям так в открытую и говорят: «Я заплатил за билет, вы мне должны дать автограф». Я один раз не выдержал, ответил: «Я вообще-то в тур поехал не для того, чтобы автографы раздавать, а чтобы люди увидели наше творчество». В ответ мне сказали, что я не понимаю, насколько ценен автограф для настоящего поклонника. Ну да, я и правда не понимаю, зачем людям эти бумажки нужны.

– А приятные моменты от встреч с поклонниками есть?

– Конечно. Мне очень приятно, когда взрослые люди пишут в соцсетях, что их дочки или сыновья после посещения нашего концерта решили заняться танцами. Многие поменяли отношение: раньше считалось, что танцами нельзя заработать, нельзя им посвятить всю жизнь. А теперь, глядя на нас, люди осознают, насколько же это красивое искусство. Это очень здорово. И еще очень приятно, что на наши выступления приходят не только дети и подростки. В зале бывает много взрослых, которые, оказывается, тоже внимательно следили за проектом и теперь хотят увидеть наши номера вживую. Часто дарят какие-то творческие штучки – рисунки, фотоколлажи, стихи пишут. Но проблема в том, что мы не можем все это с собой возить. Приходится фотографировать и оставлять в городе, где подарили. Хотя в Тамбове я не удержался и забрал с собой подаренного игрушечного волка. Отдал маме, теперь ее дом охраняет тамбовский волк.

– Ты как-то говорил, что у тебя в соцсетях висит больше тысячи непрочитанных сообщений. А каким должно быть письмо, чтобы оно тебя заинтересовало и ты его прочитал?

– Иногда все понятно по первому предложению – что это за человек и чего он от тебя хочет. На сообщения типа «Слава, я люблю тебя!», «Слава, я хочу от тебя ребенка!» я никогда не отвечаю, мне это неинтересно. Ну нравится девочкам считать меня богом – пожалуйста. Если меня любят малолетние школьницы, я что, вдруг должен начать собой гордиться? Нет, я это давно перерос. Мне интересны письма, в которых люди рассказывают о своих впечатлениях от наших концертов, даже если критикуют какие-то моменты. На такие сообщения я отвечаю, мне это действительно интересно читать.

– На проекте тебя позиционировали как секс-символа. Не обидно было, что зрители голосовали за твою внешность, а не за творчество?

– Конечно, мне это неприятно было. Но я понимал, что это ТВ-шоу, в нем нужны красивые люди. Я просто это принял и потом говорил в профайле, чтобы люди все-таки оценивали танец, а не мой пресс.


 

– Как-то внешность свою используешь? Может, в рекламе планируешь сняться, или в модном показе принять участие?

– Недавно предложили в фотосессии поучаствовать, в клипы частенько сниматься зовут. Мне в кино было бы интересно себя попробовать, хочется каких-то новых эмоций. Снежане, например, в сериале предложили сняться. А сама она мечтает в мюзикле поработать. В принципе, нам все интересно, не хочется сидеть на одном месте. Но мы губу не раскатываем, потому что сложно сейчас что-то планировать из-за гастролей. Даже мастер-классы не успеваем проводить.

 
 

– На мастер-классах тебе с кем легче заниматься – с мальчиками или с девочками?

– С теми, кто любит слушать. Вообще, я не могу сказать, что мальчики танцуют брейк-данс лучше. Иногда на занятия приходят такие девочки, по которым видно, что им интересно и они действительно пашут. Конечно, после моего участия в проекте на мастер-классы стало больше приходить девочек, и я прекрасно понимаю, зачем они приходят. Но я стараюсь игнорировать эти вещи, иначе это не закончится никогда.

– Со своим наставником Мигелем поддерживаешь сейчас связь?

– Лично мы сейчас не общаемся, иногда он нам пишет какие-то пожелания, указывает на ошибки. Но за туром он следит, волнуется, переживает. У Мигеля сейчас второй сезон проекта «Танцы», он разрывается. Мы тоже смотрим новый сезон, очень интересно. И немножко обидно: сама съемка стала круче, стало больше спецэффектов, хореография интереснее. Танцоры очень сильные – приятно смотреть.

– Можете дать совет ребятам, которые планируют пойти в следующий сезон проекта – как лучше подать себя на кастинге?

– Могу сказать и как бывший участник, и как человек, который сейчас наблюдает за проектом по ту сторону экрана: это никогда не угадаешь. Люди, в которых я был на 100 процентов уверен, что они пройдут, жюри не понравились. И наоборот. Я думаю, в первую очередь нужно быть максимально собой. Представить себя таким, какой ты есть на самом деле. Одним стилем нужно дать понять, что ты можешь станцевать и другие. Важно придумать целостный номер, а не просто технический танец, показать эмоцию, и тогда жюри в тебе увидят то, что нужно.

Снежана: – Но только не переборщить. Нельзя наляпать в хореографию все, что ты умеешь – жюри это не нравится. Но при этом нужно умудриться показать и все, что ты умеешь. Главное, чтобы из твоего номера наставники поняли, что твое тело готово к любым направлениям, так как в проекте их очень много.

 
 

– Ребята, обратила внимание, что вы пришли на интервью в одинаковых кроссовках. А что у вас еще одинаковое: какие-то черты характера, привычки?

Слава: – Мы всегда стараемся сочетать вещи так, чтобы мы были в одном стиле. Меня Снежа этому учит. Еще она меня к классике приучает. Что касается характера, мне иногда даже кажется, что Снежана – это второй я, только в женском обличии.

Снежана: – У нас действительно много похожих черт. На какие-то вещи бывает одинаковая реакция, порой одни и те же фразы произносим. Может быть, поэтому нам так легко вместе?

Смотрите шоу «Танцы» каждую субботу в 21:30 на ТНТ-Губерния.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter