В Воронежском облсуде завершились прения по громкому делу об убийстве подростка в центре Воронежа в пятницу, 6 мая. Ребенок погиб из-за ржавой «шестерки», хозяин которой возмутился ее разграблением.

На заседании представитель потерпевших Геннадий Романов и адвокат подсудимого Светлана Чурсанова представили версии смерти мальчика в сентябре 2014 года. Сам Александр Морозов, который находится на свободе, участвовать в прениях отказался. На предыдущем заседании обвинитель попросил для него 14 лет колонии строгого режима.

«Скорая» в суде

скорая.jpg

Фото — Роман Демьяненко

Заседание в облсуде началось с просьбы адвоката Светланы Чурсановой отложить заседание. Она сослалась на плохое самочувствие Александра Морозова, у которого диагностировали опухоль головного мозга. Отвечая на вопрос судьи Александра Перепелицы, подсудимый пожаловался на головную боль и боль в щеке. Чтобы определись, сможет ли подсудимый участвовать в процессе, суд решил вызвать «скорую».

После осмотра фельдшер пояснил суду, что не может однозначно ответить на вопрос об участии Александра Морозова в процессе, сославшись на отсутствия квалификации невролога. Отметил, что «опухоль сдавливает участок мозга с нарастающем фактором».

Представитель мамы убитого мальчика Геннадий Романов возражал против отложения суда. Он напомнил, что доброкачественную опухоль у Морозова нашли задолго до убийства. Операцию ему рекомендовали сделать в тюремной больнице еще в 2014 году. Но он не сделал еще ни за год в СИЗО, ни после освобождения по амнистии после суда за убийство в состоянии аффекта в сентябре 2015 года.

Его поддержал Виталий Сидоров, заместитель руководителя управления прокуратуры Воронежской области. Гособвинитель отметил, что нет документов о том, что заболевание препятствует участию Морозова в заседании суда.

Судья Александр Перепелица отказал в отложении прений. После чего стороны представили две версии событий убийства 13-летнего подростка.

Версия первая. Удар беспомощного мальчика ножом в спину

DEM_7794.jpg

Фото — Роман Демьяненко

Геннадий Романов выступал от имени мамы погибшего мальчика Андрея (имя изменено). Сама женщина в суды ходить не смогла из-за сильного потрясения. На заседании присутствовала ее мать, бабушка Андрея. Она сидела в самом дальнем углу зала и часто плакала.

Перед речью Геннадий Романов напомнил, что мама подростка осталась без семьи после смерти Андрея. До сына она потеряла мужа, который также погиб при трагических обстоятельствах, стала инвалидом второй группы. Мальчика помогали воспитывать бабушки с дедушками с обеих сторон.

Геннадий Романов коротко рассказал о первом процессе, когда Александра Морозова признали виновным в убийстве в состоянии аффекта и освободили по амнистии. Однако облсуд приговор отменил, сославшись на то, что аффект – понятие юридическое, а никак не медицинское. И потому судить Морозова нужно по более тяжкой статье – об убийстве малолетнего.

Представитель объяснил, что поступок Морозова никак нельзя считать аффектом, внезапной потерей самоконтроля. Он шаг за шагом интерпретировал поведение хозяина «шестерки».

До уголовного дела об убийстве подростка проблем с законом у Александра Морозова не было. Он трудился начальником подразделения крупного конструкторского центра, был хорошим семьянином.

Семья Морозова собиралась сдать припаркованную во дворе «шестерку» в утиль примерно с 2011 года. Заметив, что машину разворовывают, мужчина стал внимательно следить за ней. И, увидев из окна 9 этажа 18 сентября 2014 года людей, решил спуститься и разобраться с ними сам.

– Морозов ничего не сказал жене и сыновьям, не попросил о помощи. Он взял куртку с ножом в кармане и пошел к машине, где ударил человека ножом в спину. Потом утверждал, что мальчик сам напоролся на нож. Кроме того, аффект вызывает насилие, издевательство или оскорбления со стороны потерпевшего, противоправные действия. Психолог не указал, какие действия со стороны потерпевшего спровоцировали у Морозова сильное душевное волнение, из-за которого тот применил нож. Не указал время, когда возник аффект, – пояснил Геннадий Романов. – Я предполагаю, что в момент преступления он мог быть пьян и хотел показать родным, кто в доме хозяин.

По его словам, хозяин «шестерки» ударил ножом человека в спину, зная, что тот находится в беспомощном состоянии – не видел его, не мог убежать.

От имени мамы подростка Романов попросил суд о пожизненном заключении для Морозова.

Версия вторая. Убийство без умысла и в аффекте

DEM_7783.jpg

Фото — Роман Демьяненко

Адвокат Светлана Чурсанова в прениях все также настаивала на версии об аффекте, которую поддержал суд осенью 2015 года. Она опиралась заключения врачей, которые подверг критике ее коллега Геннадий Романов.

Защитник напомнила версию обвинения о том, как Морозов увидел людей у машины и спустился вниз, где ударил ножом в спину подростка «на почве внезапно возникших неприязненных отношений, обусловленных незаконными действиями потерпевшего». От ножевого ранения мальчик скончался из-за обильной кровопотери.

– Морозов признает тот факт, что причинил ножевую рану, от которой умер человек. По мнению обвинения, все чрезвычайно просто, ясно и логично. Но на самом деле все не так просто. Изначально следователи не имели никакого основания для предъявления обвинения в умышленном убийстве малолетнего. Следствие не представило ни единого доказательства того, что Морозов достоверно знал о том, что подросток не достиг 14-летнего возраста. По словам свидетелей, подросток выглядел старше своего возраста, у него был рост 170-175 см, он стоял спиной, – обратила внимание Светлана Чурсанова.

Она подчеркнула, что не ясен умысел для убийства. Ведь Морозов «не был профессиональным убийцей, преступление является случайным, запланированным и хладнокровным». Мужчина поднялся домой и сразу же позвонил в полицию, чтобы сообщить, что «порезал человека». Морозов не ударил мальчика во второй раз, чтобы убить. Подросток умер из-за того, что оказалась задета артерия. Сосед не тронул второго мальчика, который во время убийства сидел в машине.

– Чтобы я вас больше здесь не видел, – процитировала Чурсанова показания непострадавшего подростка.

И сделала вывод, что действия Морозова были направлены на то, чтобы проучить воров.

судья.jpg

Фото — Роман Демьяненко

Опровергнув доводы обвинения, адвокат перешла к данным об аффекте – реакции Морозова, возникшей в ответ на противоправные действия подростка. Светлана Чурсанова со ссылкой на психологов рассказала о длительной психотравмической ситуации, эмоциональном напряжении у Морозова, истощению личности. Его состояние вылилось в «взрыв – агрессивные действия в момент удара ножом».

Светлана Чурсанова напомнила о состоянии здоровья Морозова. По мнению специалистов, как раз опухоль могла вызывать аффект у Морозова. Она рассказала, что 12 лет мужчина живет на одном месте, продолжает работать, после освобождения не скрывался от следствия и суда. В итоге адвокат попросила переквалифицировать дело на убийство в состоянии аффекта и назначить Морозову наказание, которое не будет связано с лишением свободы.

Сам Александр Морозов выступать в прениях отказался. В процессе в облсуде он отказался давать показания, воспользовавшись правом не свидетельствовать против себя. На следующем заседании суд предоставил Морозову возможность сказать последнее слово. После чего удалится в совещательную комнату для постановления приговора.  

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter