20 октября 2020

вторник, 09:36

$

77.92

91.31

Люди Воронежа: «Рассвет» для бездомных

, Воронеж, текст — , фото — Михаил Кирьянов
  • 8782
Люди Воронежа: «Рассвет» для бездомных Люди Воронежа: «Рассвет» для бездомных
Зачем волонтеры помогают бомжам зимовать.

Волонтеры благотворительной организации «Рассвет» открыли второй приют для бездомных в частном секторе Коминтерновского района Воронежа. Хозяин заброшенного дома сам связался с общественниками. Его предложение позволило им наконец расширить сеть помощи лишившимся жилья несчастным. Ведь первый приют «Рассвета», открывшийся пять лет назад в Юго-Западном микрорайоне, давно забит под завязку. Корреспонденты РИА «Воронеж» побывали в доме для бездомных, чтобы разобраться, кому и зачем помогает «Рассвет».

Только для своих

С руководителем «Рассвета» Виктором Кочневым журналисты встретились возле приюта. Он постучал в окно, в котором через пару секунд появилось морщинистое лицо худого мужчины. А еще через минуту уже другой жилец приюта, передвигающийся с помощью бадика, открыл нам дверь и, поприветствовав, предложил войти.

– Чужих сюда не пускают, открывают только тем, кого знают, – объяснил Виктор Кочнев, попутно расспрашивая своих подопечных о делах приюта. – Хлопцы, дрова рубили сегодня? А то смотрите, прогорит все за день, потом всю ночь замерзать будете.

Площадь приюта более 100 кв. м: большая прихожая, туалет с душевой, две спальни и зал.

– Одно плохо: кухни как таковой нет. Приходится нам в зале кашеварить. А еще с одним грешком никак не справимся. Днем сварит наша Вера большую кастрюлю супа. Половину они днем съедят, а второю половину кто-то ночью тайно доедает. Утром просыпается народ, а завтракать нечем, и никто не признается, кто все съел, – стыдит постояльцев Виктор.

– У нас, как в одной пословице, в большой семье рот не разевай, – доносится осипший мужской голос из спальни.

– Давайте мы все-таки будем честно жить, а не по принципу – кто первый встал, того и тапки? – отвечает Виктор.

Вера приюта

Спят в приюте кто на чем: кому-то старый диван достался, другим железные кровати. Единственной женщине в приюте – 45-летней Вере – выделили самое лучшее место – у окна.

– Сразу видно, что здесь женщина спит. Смотрите, какой порядок. Веру к нам прислали из одного воронежского храма. Она на паперти милостыню просила. Нам с Верой очень повезло, она за домом следит, как настоящая хранительница очага смотрит. И кушать готовит, и уборкой занимается, – сказал Виктор, передавая пакеты с продуктами Вере, – Вера, кстати, мы тебе слуховой аппарат нашли, принимай его!

– Ой, спасибо! А то я как глухая тетеря была, теперь хоть телевизор нормально посмотрю, – обрадовалась обновке женщина.

Вера – маленькая худенькая женщина. С детства воспитывалась в одном из областных интернатов. Потом вышла замуж, но семейная жизнь не сложилась. После рождения второго ребенка муж начал ее избивать, а когда стал откровенно говорить, что хочет ее убить и чуть не изнасиловал собственную дочь, сбежала от него с детьми.

– Мы с сыном и дочкой сначала мотались по съемным квартирам. Все деньги, которые удавалось заработать, на жилье уходили. В итоге сына я к его родной бабке по отцовской линии пристроила, дочку отдала в интернат, а сама… сама на улице кантовалась, – рассказала свою историю Вера.

– А мужики здесь не обижают? Их вон сколько здесь, а ты одна…

– Хуже моей жизни с мужем уже точно никогда не будет. А живем мы здесь мирно, зачем нам ругаться? Чтобы нас отсюда на мороз выгнали? – помешивая в кастрюле гороховый суп, ответила Вера.

– Кому здесь обижать ее? Здесь все инвалиды немощные. Кто еле ходит, кто вообще с кровати не встает, – добавляет до этого молчавший мужчина на костылях.

Долой водку и сигареты

Сейчас в доме живет 11 человек. Чтобы принять 11-го жильца, над одной из кроватей из досок недавно соорудили второй этаж.

– Если потребуется, еще добавим спальных мест. Ведь главное, чтобы крыша над головой была в холода, это самое главное, – пояснили волонтеры. – В первом приюте, который примерно в два раза меньше, сейчас десять человек проживает. Тесно, но что поделать. Все, что вы в доме видите: кровати, диваны, столы, шкафы, телевизор с холодильником – все воронежцы нам пожертвовали.

Правил пребывания в приюте немного – жить мирно, в силу своих возможностей помогать с домашними делами и, конечно, не пить и не курить.

– Я сразу всем говорю, если есть вредные привычки, оставляй их за порогом приюта. Пьющих и курящих мы не принимаем. А в остальном – пожалуйста. Живи сколько хочешь, мы никого спустя несколько месяцев, как в некоторых центрах, не выгоняем. Хочешь работать, конечно, единственное, против чего мы, – это попрошайничество. У нас здесь один колясочник живет, он периодически выбирается на улицу и милостыню просит. Никак мы не можем отучить его от этого дела, – показывая на пустую кровать колясочника, рассказал руководитель приюта.

– Виктор, извиняюсь, что вмешиваюсь, я вчера у доктора на приеме был, он сказал, что мне УЗИ нужно сделать, а оно полторы тысячи рублей стоит, – обращается к Кочневу мужчина по имени Евгений.

– Будем думать, бесплатно мы такое УЗИ точно не сделаем, значит, будем искать деньги. Не волнуйся, что-нибудь придумаем, – успокоил мужчину Виктор Кочнев и объяснил журналистам. – У Евгения начала отказывать недавно нога левая, пытаемся понять, что с ней не так. У нас здесь все больные, и каждому стараемся в силу возможностей помочь.

Один из самых «тяжелых» больных в приюте – 45-летний Павел. На фоне сахарного диабета у мужчины отказали ноги и почти не слушаются руки, но нахлебником он быть не хочет, поэтому попросил какой-нибудь несложной работы. Вера принесла Павлу две пары брюк и попросила их заштопать.

– Все у меня было в молодости. Из нашего политеха вышел инженером, женился, а потом начались бандитские 90-е. Башню у меня и сорвало. Отсидел за разбой, вышел – ни семьи, ни жилья. Сын у меня институт милиции закончил, понятное дело, ему отец такой не нужен, – разоткровенничался Павел.

Почти все обитатели приюта попадают сюда без документов. Сотрудники «Рассвета» помогают им восстанавливать паспорта и медицинские полисы.

– Нам важно не направить на себя общественный гнев. Ведь как только мы говорили, что хотим открыть приют в том или ином месте, на нас сразу начинали жаловаться живущие в той округе люди. Люди думают, что мы рассадник вшей и туберкулеза собираем в одном месте и не хотят слышать, что, прежде чем им заселиться в приют, подопечные проходят обследование в противотуберкулезном диспансере и центре «АнтиСПИД», а чтобы обезопаситься от вшей, сжигаем всю старую одежду новичков и обрабатываем специальным шампунем, – объясняет Виктор Кочнев.

Справка РИА «Воронеж»

Место под постоянный приют для бездомных лиц волонтеры «Рассвета» ищут уже давно. В 2013 году общественники просили мэрию Воронежа отдать организации двухэтажное здание на улице Сакко и Ванцетти, 61. Однако в итоге дом сдали в аренду под офисы. В августе 2014 года у «рассветовцев» появилась надежда обустроить официальный городской приют в Шилово. Но жители микрорайона пообещали сжечь приют, если рядом с их домами поселятся бомжи, и от идеи волонтеры отказались.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Сообщить об ошибке
Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: