16 Сентября 2019

понедельник, 13:15

$

64.47

71.53

Криминальное чтиво. Как 19-летний воронежец растерзал 2 подростков за «нетрадиционность»

, Воронеж, текст —
  • 9924
Криминальное чтиво. Как 19-летний воронежец растерзал 2 подростков за «нетрадиционность»

Спецпроект о громких делах прошлых лет.

Тела двух подростков с размозженными головами нашли в 100 м друг от друга в Воронеже на трибуне стадиона «Буран» 24 октября 2005 года. Одному парню было 17 лет, другому 13. Их знала вся округа – ребята бомжевали, обретались на одном из мини-рынков. У обоих были родители, но тем не было до них дела. Семья одного из мальчишек даже не стала хоронить сына, сославшись на безденежье. Подростки таскали ящики с товаром, помогали торговцам и получали за это еду. Они были приветливы, безобидны и безотказны. И оплакивали их в основном эти торговцы – пустили шапку по кругу, чтобы похоронить мальчишек по-человечески.

За что с ребятами так жестоко расправились – в материале РИА «Воронеж».

Все имена героев изменены по этическим соображениям.

Одни, без дома

Ранним осенним утром чета Даниловых, как обычно, отправилась на прогулку со своей овчаркой Рэмом. Ежась в утренних сумерках, пенсионеры брели в сторону стадиона «Буран». Старички, разгребая ногами листву, шли по беговым дорожкам, а собака нарезала круги рядом. Вдруг пес рванул в сторону трибун, прыгнул на ступеньки и встал как вкопанный. Он лаял, выл и не трогался с места на зов хозяев. Наконец Анна Данилова не выдержала и отправилась посмотреть, что же так взволновало Рэма. От увиденного бабушке стало плохо. На нижней лавочке трибуны рядом со спортзалом лежало растерзанное тело ребенка.

Сообщение об убийстве поступило на пульт дежурного в начале девятого утра. Спортивную арену оцепили: на месте работали «опера» Левобережного РОВД и следователи прокуратуры. В это хмурое осеннее утро стражей порядка ожидала еще одна страшная находка: на противоположной стороне трибун кинолог с собакой обнаружили еще одно тело – тоже подростка и тоже с раздробленной головой. В том, что это дело рук одного человека, сомнений не было.

Мальчиков быстро опознали: 17-летний Антон К. и 13-летний Никита З. Оба из неблагополучных семей. Ни в школу, ни в ПТУ, в которых числились, они не ходили, сутками околачивались на местном мини-рынке. 

Антон

Кому палатку помогут поставить, кому поднесут коробку с товаром. Вечером за гроши мели территорию вокруг рынка. Часто и ночевать оставались там же – подложат картонных коробок под металлический прилавок, бросят какое-нибудь рваное пальтецо и спят. Чтобы согреться, понятное дело, выпивали. Водку им не всегда продавали – несовершеннолетние все же, а вот самогон – сколько угодно. Никита уже состоял на учете у нарколога.

– Семьи у обоих были, у Антона даже полная. Отец за копейки вкалывал на одном из идущих ко дну предприятий. Выпивал. Своих проблем выше крыши, сын вроде бы встал на ноги, вот и разрешили тому жить как хочет. Впрочем, кто в таких семьях спрашивает разрешения? – вспомнил Олег Прокопенко, который в 2005-м трудился старшим оперуполномоченным по раскрытию тяжких и особо тяжких преступлений уголовного розыска Левобережного РОВД.

У Никиты была мать, в одиночку поднимавшая троих детей. Впрочем, росли они у нее как бог на душу положит. Антон неделями пропадал на улице, а его и не думали искать.

О Никите

Маленькая жизнь

На мини-рынке за остановкой «Полины Осипенко» вечером, когда последний торговец убирал с прилавков свой товар, груды мусора были собраны в коробки, а палатки раскручены, начиналось время местной шпаны. Пара баклажек пива и пятирублевых монет – и весь мир в кармане.

Собирались у игровых автоматов (их там были десятки) и «клубились», пока были деньги. Кто сколько выпил, кто у кого что украл, кто кому врезал, кто с кем занимался сексом – бесконечные темы для разговоров. За несколько лет до трагедии на «Буране» на этом мини-рынке насмерть запинали ногами 17-летнего парня, проходившего мимо. Его угораздило заступиться за торговку семечками – шпана рассыпала ее товар на землю, когда она попросила за него денег. Торговка, схватив свои вещи, сбежала, а с заступником жестоко расправились. Парень учился в элитной школе, занимался спортом. Продававшая семечки женщина, к слову, испугалась давать показания.

Антон и Никита в этой стае были белыми воронами. Маленькие, щуплые: 17-летний ростом 166 см, а его приятель – всего полтора метра. По словам торговцев, мальчишки никому не дерзили, никого не грабили. Были тихими, вежливыми, всем помогали. Единственное, что смущало, – парни как-то слишком нежно друг к другу относились.

«За зло»

Двадцать третьего октября все было как обычно. Антон и Никита, закончив с уборкой территории, отправились к игровым автоматам на Ленинском проспекте. Там уже собралась обычная тусовка. Пили, матерились, подначивали друг друга. В этот вечер «банковал» некий Миша. Он угощал пивом направо и налево и больше всех спустил в «одноруком бандите». Ближе к 23:00 все потянулись по домам. Остались лишь трое – недавно появившийся здесь 19-летний Александр и неразлучная парочка – Антон и Никита.

– Утром двоих из этой троицы нашли мертвыми. Логично, что мы отправились на поиски третьего, – рассказывал о ходе следствия Олег Прокопенко.

Ребята, каждый вечер встречавшиеся у игровых автоматов, знали Сашу только в лицо. Ни фамилии, ни адреса. Но сообщили, что недавно он «откинулся» из Бобровской детской колонии и на ребре ладони у него татуировка со словами «за зло».

– По этим приметам мы его быстро вычислили и уже к вечеру того же дня допрашивали в Левобережном РОВД, – добавил Прокопенко.

В убийстве Саша сознался утром. Рубашка с пятнами крови жертв, точно рассказанные детали убийства не оставляли сомнений: сидящий в милицейском кабинете крепкий паренек с мутными глазами и есть тот, кто учинил жестокую бойню на стадионе «Буран».

Саша родился в конце февраля 1986 года. Рос жестоким и истеричным. Мать, торговавшая на рынке овощами, полностью махнула на сына рукой, когда ему исполнилось 12. Отец – кровельщик одной из строительных организаций, тоже расписался в своем бессилии в воспитании отпрыска. С малолетства он был на карандаше у милиции. В десять лет взял в руки сигарету, потом приложился и к бутылке, «сел» на «колеса». «Под кайфом» его тянуло на подвиги: то магнитолу из машины умыкнет, то в квартиру залезет. Доучиваться Саша поехал в Анну – в спецшколу для «трудных» подростков, которая еще не тюрьма, но уже и не воля.

Свое первое серьезное преступление парень совершил в 16 лет – убил подвыпившую женщину металлической формой для печенья. Сначала предложил ее проводить, потом поднялся к ней в гости и из-за какой-то мелочи размозжил ей голову. Потом решил поживиться чем-нибудь из квартиры – набрал всякого барахла тысяч на шесть. На нем и погорел. Дали 7 лет.

Родители Саши тогда категорически отказывались верить в то, что их сын совершил это злодейство. Настаивали, что их ребенок психически ненормален. Не помогло. Парень отправился по этапу в Бобровскую колонию. 

Похлебав тюремной баланды три с половиной года, Саша вернулся в родные пенаты бывалым, крутым и еще более раздражительным. Родители не перечили «безвинно настрадавшемуся мальчику». Два месяца позволили ему развлекаться и отдыхать, а на третий у отца случилась беда: после неудачной операции на почки отказала правая рука. Разовые заработки жены не покрывали всех расходов семьи (у Саши подрастала младшая сестра), и пришлось парню вместе с отцом начать осваивать профессию кровельщика. Работа тяжелая и неблагодарная в плане денег. Только через месяц с небольшим Саша получил первую зарплату – 3,5 тыс. рублей. И решил в тот же вечер обмыть свой первый трудовой заработок.

Потерял голову

С Никитой и Антоном Саша был знаком еще до своей судимости. В доме одного из них жила девочка, с которой Саша встречался. Эти двое всегда были готовы поддержать компанию. К ним-то и отправился жаждавший развлечений «малолетний узник».

После того как на улице окончательно стемнело и у игровых автоматов остались только трое, Александр предложил компаньонам продолжить банкет. В ближайшем шалмане купили две бутылки водки и напиток «Буратино». Во дворе «сообразили на троих» и сошлись на том, что вечер надо продолжить. Вначале хотели поймать кошку, облить ее водкой, поджечь и бросить кому-нибудь в форточку. Такой фокус они уже проделывали и получали удовольствие, наблюдая, как перепуганные хозяева гоняются за кошкой, а та живым факелом мечется по квартире. Если повезет, можно было организовать и настоящий пожар. Но то ли кошки под рукой не оказалось, то ли бегать уже никто не мог – от этой идеи отказались.

Тогда решили раскурочить какую-нибудь машину. Аккумулятор, магнитола, колесо, сам автомобиль – все годилось для наживы. Дело было уже не в ней, а в кураже, который охватил приятелей. Довольно скоро стало понятно: задуманное трудно осуществить – парни плохо держались на ногах. Решили просто пойти на стадион и допить оставшуюся водку. Но без закуски пойло уже не лезло. Александр, как самый старший и самый крепкий, решил отправиться в ближайший шалман за соком и пластиковыми стаканчиками. Но на полпути вернулся, вспомнив, что у него нет денег.

«Когда я поднялся на трибуну, то увидел, что Антон совершает половой акт с Никитой. Я решил, что тот его просто насилует, ударил его по лицу и стал ругать. Антон же закричал в ответ, что они давно любовники, и предложил мне присоединиться. Меня это страшно возмутило. Я снова его ударил, а он заорал, что всем теперь расскажет, что я с ними «был». Тогда я схватил то, что оказалось под рукой, и стал бить его по голове…».

Из материалов дела

– Александр всего несколько месяцев назад вернулся из мест не столь отдаленных, а там отношение к людям нетрадиционной сексуальной ориентации определенное. В этот вечер он узнал, что между Никитой и Антоном весьма недвусмысленные отношения. К тому же Антон позволил себе в его адрес что-то резкое. Вероятно, от этого и, разумеется, от выпитого у него и «сорвало крышу», – предположил Олег Прокопенко.

Александр взял валявшийся неподалеку спиленный сук и наотмашь ударил им по голове приятеля. Видимо, не рассчитал силы, потому что с первого удара проломил Антону голову. А потом принялся молотить его поленом. В протоколе написано, что всего он нанес около 35 ударов.

Никита пытался убежать, но выпитое сделало его беспомощным. Экспертиза показала, что в его крови обнаружили 3,43% этилового спирта, что соответствовало тяжелой степени опьянения. Он смог отползти лишь метров на сто. 

Там Никиту настигла дубина Саши. «Свидетеля» оскорбленный забил 20 ударами «тупым и твердым предметом».

Способ самовыражения

Расследовал это преступление бывший тогда следователем Левобережной прокуратуры Даниил Дробышев.

– С подобными подростками мне в своей работе приходилось сталкиваться чуть ли не ежедневно, пока я работал в районной прокуратуре. Не все они попадали в мой кабинет за совершение тяжких преступлений, но многие были на них способны. Их выдавал взгляд. Такой же, как у этого Саши. Взгляд человека, которому все равно. Они ничему не знают цены – ни своей жизни, ни чужой. Полная пустота и в голове, и в душе. Жестокость и садизм – это их способ самовыражения, – рассказал Даниил Дробышев.

По его словам, в ноябре 2003 года на том же «Буране» произошло еще одно зверское преступление:

– Девочка 14 лет и ее 16-летний приятель выпивали, сидя все на той же трибуне. Мимо проходил подвыпивший мужичок. Не то чтобы бомж, но местный пропойца. Шел, нес сумку с алюминием. Подростки подошли к нему, попросили закурить – ну как это обычно бывает. Сигарет не оказалось, они повалили мужчину на землю и стали бить по голове его же сумкой с алюминием. Потом с потерявшего сознание человека стянули штаны и надругались над ним, используя корягу. Человек от этого умер. А «детей» это рассмешило, представляете?

Свой 20-й день рождения Александр отметил в следственном изоляторе. Шестого сентября 2006 года областной суд под председательством судьи Андрея Матвеева вынес приговор – 14 лет в исправительной колонии строгого режима. Наказание для жестокого убийцы двух почти детей многим показалось гуманным. Свою вину парень признал полностью и раскаялся. Но не в том, что лишил жизни людей, а из-за того, что, как он считал, не стоили эти двое того, чтобы так надолго лишать его свободы.

Психолого-психиатрическая экспертиза признала Сашу вменяемым. Впрочем, ему назначили «принудительную меру медицинского характера в виде амбулаторного наблюдения и лечения у психиатра по месту отбывания лишения свободы». Колония Александра не страшила – прожил же там три с половиной года. Переживали родители: наняли дорогого адвоката, отправляли в изолятор письма и посылки. Семья и на этот раз не поверила в то, что их ребенок совершил столь чудовищный поступок.

Уже осенью 2019 года Александр должен выйти на свободу. Ему 34 года – вся жизнь впереди.

Редакция РИА «Воронеж» благодарит сотрудников архива областного суда за помощь в подготовке материала.

×

Добавить издание «РИА "Воронеж"» в ваши источники?

Новости из таких источников показываются на сайте Яндекс.Новостей выше других

Добавить

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Больше интересного в вашей ленте
Читайте РИА Воронеж в Дзене

Главное на сайте

Сообщить об ошибке
Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: