Вчера, 12 июня, на сцене Театра юного зрителя известный воронежский актер и режиссер, заслуженный артист РФ Камиль Тукаев представил спектакль «Шарманка» по одноименной пьесе Андрея Платонова. Новаторство «Шарманки» Тукаева в том, что спектакль представлял собой художественную читку пьесы. Актерская игра, костюмы и декорации на сцене тоже присутствовали, но основной акцент делался на оригинальный текст Платонова. Актеры с распечатками пьесы в руках зачитывали текст по ролям.

– Я с большим пиететом отношусь к Платонову и считаю, что из его текстов нельзя ничего выкидывать, – поделился Камиль Тукаев. – Даже его ремарки в драматических произведениях невероятно поэтичны, их тоже надо озвучивать!

Реквизит для спектакля создал известный воронежский художник Сергей Горшков. А декорациями к спектаклю стали иллюстрации воронежской художницы Натальи Коньшиной, выполненные в стиле комиксов: у платоновских героев на рисунках были огромные печальные глаза и облака с текстом.

Постановка стала совместным проектом Платоновфеста и ТЮЗа – дело в том, что в конце 80-х годов на этой воронежской сцене уже шел спектакль «Шарманка», и одну из главных ролей в нем как раз исполнял сам Тукаев.

– В своем спектакле я решил оставить ту же музыку, которая использовалась в той постановке, композитора Вартана Ерицяна, – рассказал Камиль Тукаев. – Это мой поклон той «Шарманке».

Сюжет «Шарманки» рассказывал историю города начала XX века, доведенную, в духе Платонова, до полного абсурда. Шарманщик Алеша и его спутница Мюд мечтали «ликвидировать природу», которая устраивает то солнце, то дождь вместо вечной весны. Роботоподобный механизм по имени Кузьма выкрикивал отдельные слова или фразы: «Оппортунист!», «Х-хады!», «Капитализм требует…». Руководитель городской конторы Щоев придумывал «безотходное производство» – суп из саранчи и бутерброды с машинным маслом – и ставил опыты над своими рабочими, заставляя их это есть. А иностранный ученый пытался купить у Щоева надстройку советской души «или хотя бы директивку».

По словам Камиля Тукаева, спектакль, конечно, об истории нашей страны, о гротескном советском строе начала века, но главным образом – о поиске идеи, которой надо заполнить свое нутро.

– Для меня есть какая-то магия в соединении у Платонова романтизма и грубой жестокой истории, – сказал режиссер. – Даже образ Мюд, которая прочнее всех стоит на коммунистических идеалах, на самом деле совсем не так поэтичен, как может показаться. Если у Платонова она подросток в красном платье, то мы можем предугадать, в кого она вырастет – в женщину в кожаной тужурке из «Оптимистичной трагедии», которая будет вопрошать матросов: «Кто еще хочет попробовать комиссарского тела?». Поэтому для меня вопрос идейности, действительно поиска этой «надстройки», которую ищут в спектакле иностранцы, поиск того, кто будет эту надстройку строить и как она должна выглядеть – главный в этой пьесе.

Неадаптированный текст Платонова звучал со сцены в течение почти двух часов, что оказалось тяжелым для фестивального зрителя – зал покинули больше десяти человек.

– Я думаю, этот спектакль в первую очередь для людей, знакомых с творчеством Платонова и готовых воспринимать его язык и стиль, – рассказала исполнительница роли Мюд, артистка воронежского ТЮЗа Екатерина Пухначева. – Несмотря на то, что некоторые люди уходили из зала, мне показалось, зрители хорошо приняли спектакль – чувствовалось, как они реагируют на отдельные моменты платоновского текста. Мне кажется, это как раз благодаря читке – так все слова Платонова звучали более четко.

На Платоновском фестивале спектакль «Шарманка» был показан первый и единственный раз. Как сообщил Камиль Тукаев, еще неизвестно, войдет ли постановка в постоянный репертуар ТЮЗа.

×

Добавить издание «РИА "Воронеж"» в ваши источники?

Новости из таких источников показываются на сайте Яндекс.Новостей выше других

Добавить

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter