Москва 1960-х годов. Героиня Светланы Светличной в поисках пропавшего жениха лихо рассекает по улицам за рулем чужой «Волги», знакомится в ночи с молоденькими солдатиками, а на рассвете – с застрелившим льва дрессировщиком. Встречает на своем пути сбегающих из дома влюбленных, которые тащат из окна виолончель, и видит совсем невообразимую картину – катящийся по дороге самолет. Фильм с таким сюжетом режиссера Владимира Китайского по сценарию драматурга Геннадия Шпаликова мог выйти на советские экраны. Однако его, как и многие другие картины того времени, по идеологическим причинам свернули и положили на полку. Фильм мог бы все-таки появиться после правок, однако Китайский не выдержал давления «Мосфильма» и покончил с собой. Через 14 лет его судьбу, кстати, повторил Шпаликов.

Москва, 2019 год. Молодой режиссер Данил Чащин ставит по не снятому киносценарию Шпаликова спектакль «Причал» в столичном театре «Человек». Постановка входит в лонг-лист премии «Золотая маска» и оказывается в списке самых заметных спектаклей сезона-2019/2020.

Воронеж, 2021 год. «Причал» Чащина дважды показывают в Никитинском театре на ХI Платоновском фестивале искусств. Оба вечера в зале аншлаг.

Рукописи не горят

– Когда мы узнали, что все билеты проданы, даже не поверили. Думали, загонят насильно толпу студентов, чтобы зал не пустовал. Но куратор ответила, что на хорошие спектакли в Воронеже всегда билеты раскупаются сразу. Этот спектакль – жемчужина нашего театра, его делают не только артисты, но и зрители. У нас нет декораций, экшен-эффектов. Все, что доверил режиссер нам, четырем артистам, – провести зрителя по улочкам старой Москвы. Во время показа в зале не было ни одного смешка, пошептывания, звонка телефона, что говорит о невероятной внутренней культуре воронежского зрителя. А когда в финале весь зал встал, мы чуть не расплакались – даже в Москве публика уже давно не устраивает овации артистам стоя, эта традиция канула в Лету, – призналась на пресс-конференции актриса Арина Постникова.

В «Причале» она играет единственную женскую роль – провинциальной девушки Кати, приплывшей на барже в Москву вместе с женихом-шкипером. Арина – современное воплощение первой красавицы советского экрана Светланы Светличной, которая проходила пробы на роль Кати и была одобрена Геннадием Шпаликовым.

Кстати, Светличная видела этот спектакль и очень чувственно о нем отозвалась. Были на премьере и первая жена Шпаликова Наталья Рязанцева, и друг, кинорежиссер Юлий Файт. Они сказали, что «гению бы эта работа понравилось – пусть сценарий живет в спектакле и в головах зрителях, ведь рукописи, как известно, не горят».

Про неслучившееся

По словам Данила Чащина, идею спектакля ему подарил наставник, режиссер Юрий Бутусов. На одной из своих театральных лабораторий тот предложил участникам сделать этюды по сценариям Шпаликова, где в том числе был и «Причал». Данил отметил, что его версия «Причала» в рамках лаборатории была совершенно иной, но работа и материал настолько захватили его, что он попросил разрешения у Бутусова поставить «Причал» как самостоятельный спектакль. Мэтр дал добро.

– Вдохновлялся в первую очередь фильмами времен оттепели и работами Шпаликова как сценариста – «Я шагаю по Москве», «Мне двадцать лет», «Застава Ильича», «Я родом из детства». И ребятам тоже советовал эти картины посмотреть. Музыку к фильму должен был написать Микаэл Таривердиев, и он даже какую-то партитуру сочинил. В спектакле используется его же музыка, но из других кинолент. Наш театр находится рядом с теми местами, в которых разворачиваются события сценария. Была идея после показа спектакля сделать экскурсию для зрителей по этим местам, – рассказал Данил Чащин.

Интересно, что параллельно с премьерой «Причала» в московском театре «Человек» свою версию спектакля представил Омский драмтеатр. Однако там постановку вскоре убрали из репертуара – зрителям «не зашло». Чащин считает, что виной тому стала неправильно выбранная сцена. По его мнению, это камерный, в чем-то импрессионистский спектакль, где зрителю важно вглядываться в глаза актеров, чего большая сцена сделать не дает. «Человек» же в этом плане оказался по размеру в самый раз: это самый маленький драмтеатр в Москве – в нем всего 52 места. А во время пандемии он принимал и вовсе по 13 зрителей. Сейчас уже разрешили продавать 26 мест, иронично добавили участники пресс-конференции.

Сцена воронежского Никитинского театра не сразу расположила к себе труппу. Режиссер рассказал, что на прогоне его все бесило и он не мог понять, почему спектакль получается другим. Оказалось, что дело в цвете пола – в Воронеже он белый, а в родном «Человеке» – черный. Из-за этого свет отражался и неправильно распределялся по сцене, лишая спектакль приглушенности. Данил Чащин поблагодарил работников Никитинского театра, которые не отказали ему в просьбе поменять напольное покрытие и в кратчайший срок достали и смонтировали черное полотно.

– Наш спектакль – про неслучившееся. Для меня как режиссера это был некий челлендж. В сценарии нет событий как таковых: герой не ставит цель и не идет к ней, все случайно происходит. Если для Шекспира убийство не событие, то для Шпаликова капля дождя – уже событие. И надо найти это событие в капле дождя, чтобы оно поменяло ход сюжета. Нам было важно попытаться передать настроение «обреченного счастья» и растерянности: жить, в общем-то, хорошо, но как жить – совершенно не ясно. Может, сегодня последний день, когда все герои могут вот так просто гулять по ночной Москве. У всех персонажей зыбкое будущее. Катя, у которой непонятно, сложится или нет жизнь с женихом. Дрессировщик, который застрелил государственного льва и не знает, что его теперь ждет. Солдаты, которые не понимают, как дальше строить жизнь, когда всех красивых девушек разобрали. Летчик, который стал инвалидом и больше не может летать. Вопросов нет только к ребенку, которого шкипер оставил ночью спящего на скамейке. Найдется добрый милиционер, который его спасет. У Шпаликова, кстати, во многих фильмах фигурирует тема забытых детей, даже в «Я шагаю по Москве» был эпизод с потерявшимся мальчиком, которого нашел милиционер. Оставленные дети – это его какая-то личная тема, – рассудил Данил Чащин.

Что хорошо для театра, то смерть для кино

Режиссер признался, что часто слышит вопрос о сравнении спектакля с не снятым фильмом Шпаликова – мол, не боится ли он, что это сравнение окажется не в его пользу. Чащин дал понять, что сравнивать «призрак» с «плотью» бессмысленно.

– Поскольку фильм не вышел, мы не знаем, как бы сыграли в нем Светличная, Кузнецов, Мартинсон – да кто угодно! Впрочем, и цели сыграть за великих артистов их роли у нас не было. Мы создали спектакль-намек, дали зрителю некий импульс, а дальше сюжет достраивается в головах зрителей. Поэтому у нас нет декораций, мы показали обстановку акварельно. При этом мы не убрали из оригинального сценария ни одного слова и не дописали ни слова, оставили все авторские ремарки. Мы озвучили все, что было у Шпаликова в задумке на бумаге. Открою секрет: после спектакля мне предлагали экранизировать «Причал», но я отказался. Кино – это конкретные объекты, люди, ситуации. Нет уже той Москвы и тех людей, о которых шла речь в сценарии. Воссоздать Москву 1960-х на сцене можно, а в кино я таких инструментов не знаю. Что хорошо для театра, то смерть для кино. И наоборот, – объяснил Чащин.

Актеры-многостаночники

Артисты – Арина Постникова и Антон Шурцов – отметили, что сразу влюбились в материал, хотя изначально роль Кати никто не хотел играть, а у Антона, напротив, вышел перебор с персонажами – в спектакле он отдувается аж за пятерых героев, включая животных – лошадь и собаку.

– На самом деле актерское счастье – играть в одном спектакле кардинально разные роли, это сильно мобилизует. Мне легко перевоплощаться в любые образы – спасибо за это «Щуке», где мы несколько лет проходили раздел «Наблюдение за животными». Даня заставил всех актеров полностью придумать биографии своих персонажей, чего в сценарии Шпаликова не было. Мы это изучали в институте. Отличная практика, помогающая актеру правильно наполнить свой персонаж. Я сочинял даже биографию собаки: откуда эта собака, какой породы, кто у нее мама-папа, какие регалии. Хорошо, что в спектакле не было тараканов, – пошутил Антон Шурцов.

– Это абсолютно моя роль по энергетике, по состоянию. На репетициях Даня просил, чтобы мы не форсировали, не наигрывали и ни в коем случае не воображали себя кем-то. Наша главная задача – не мешать зрителям смотреть кино в их головах. Мы можем только намекать, предлагать какие-то варианты, решения, интонации, но не отвлекать их на нашу яркую актерскую игру. Каждый раз мы играем этот спектакль честно, с любовью, удовольствием, на одном дыхании, – сказала Арина Постникова.

Актриса добавила, что в чем-то похожа на свою героиню – в ее жизни тоже все время складываются странные сумасшедшие ситуации, но при этом она, к сожалению, не настолько открыта людям, как Катя, – «в этом отношении Катя лучше меня».

А однажды Арина попала в ситуацию, о которой фантазировала ее героиня. По сюжету Катя, прогуливаясь по ночной Москве с шестью солдатами, мечтательно произносит: «Вот бы на меня сейчас напали, а вы меня защитили». Так вот на Арину действительно напали после спектакля. Неадекватный молодой человек сначала проник в ее гримерку, а когда охрана вытолкала его на улицу, попытался остановить такси, в которое села актриса. Он дергал ручки двери, бил в стекло, а потом запрыгнул на капот и оторвал дворник. Арину спасли коллеги: скрутили парня и передали проезжавшим мимо сотрудникам Росгвардии.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter