3 Июня 2020

среда, 20:10

$

68.98

76.78

Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Высочкино

, Рамонский р-н, текст — , фото — Андрей Архипов
  • 59349
Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Высочкино Заброшенные хутора: как пустеют воронежские деревни. Высочкино Какие тайны скрывают ячейки вокзальной камеры хранения во дворе умирающего села.

Какие тайны скрывают ячейки вокзальной камеры хранения во дворе умирающего села.

РИА «Воронеж» продолжает рассказывать о последних жителях умирающих хуторов и деревень региона. Журналистов интересует, останутся эти населенные пункты на карте через 10-15 лет или исчезнут вместе со своими последними жителями. Первый выпуск спецпроекта в 2019 году – о селе Высочкино Рамонского района, где постоянно живут восемь человек.

Высочкино относится к Павловскому сельскому поселению и находится в 5 км от его центра – села Гремячье. Асфальта до села нет, но зимой после снегопадов дорогу до Гремячьего регулярно расчищает трактор, так что добраться до сельского магазина местным жителям вполне по силам – тем более, почти все они люди относительно нестарые.

Высочкино (происхождение этого названия неизвестно) раньше называлось Сонцево и относилось к Землянскому району, упраздненному в 1963 году. Своим первоначальным названием село обязано здешнему помещику – полковнику русской армии, герою войны 1812 года Петру Сонцеву, который после той войны получил эти земли и основал на них первые поселения. В 1859 году в Сонцево было 14 дворов, в которых жили 119 человек, а в 1900-м насчитывалось уже 223 жителя.

На взгорке, примерно в полукилометре от последних домов по двум здешним улицам – Зеленой и Лесной, – в брошенном колхозном саду до сих пор сохранилась одинокая могила неизвестного красноармейца. Когда 25 января 1943 года эти места освободили от фашистов, возникла проблема разминирования полей. В мае 1943 года в село приехала группа саперов и начала работу.

– Однажды они вернулись в свои палатки раньше, чем обычно, – рассказала журналистам РИА «Воронеж» местный краевед, учитель Большеверейской СОШ Татьяна Антонова. – Оказалось, что их товарищ подорвался на мине. Его похоронили в саду, поставили ограду и деревянный памятник со звездой. Имя солдата было написано на нем, и в 1950-е годы на могилу даже приезжали его родственники, но потом памятник разрушился, а надпись была утеряна. Каждую весну наши школьники убирают могилу, и мы не теряем надежды узнать имя и фамилию солдата, похороненного здесь.

Коренные жители села – 49-летний Александр Тарасов с 82-летней матерью Марией Романовной – обитают в самом его центре. Женщина более 55 лет проработала в здешнем колхозе «Правда». У нее трое детей и две внучки, в 1986 году Мария Романовна похоронила супруга Василия Кузьмича. У Александра нет ни жены, ни детей.

Зимой Мария Романовна сама печет хлеб в духовке, а сын раз в неделю ездит в Гремячье в магазин.

– В 1980-х годах у нас было 80 жилых дворов, – вспомнила хозяйка. – Была начальная школа, магазин. А потом люди начали разбегаться кто куда. Вот теперь нас осталось несколько человек тут. Муж в 1975 году построил этот громадный домище – попробуй теперь протопи его зимой!

Александр – бывший колхозный шофер. Возле его дома стоит остов старенького грузовика, который еще можно отремонтировать, да только на это нужны деньги. Постоянной работы у мужчины нет, в теплое время года он подрабатывает у местного фермера – на хлеб хватает.

– У нас два хорька недавно передушили 12 кур! – посетовал Александр. – Я поймал их, а что толку – птицы-то осталось совсем мало. Огород у нас в полгектара, тем кормимся. Оно бы рвануть отсюда куда-нибудь поближе к цивилизации, да только где и кому мы теперь с матушкой нужны…

Напротив дома Тарасовых – жилище Виктора и Валентины Чеботаревых. Забор, искусно сплетенный хозяином из лозы, больше характерен для южных районов Воронежской области.

Виктору 64 года, Валентине 68. У Виктора есть братья и сестры, все живут в Воронеже. Валентина родом с Донбасса, где и сегодня живут пятеро ее детей и семеро внуков. В Высочкино она приехала с мужем в конце 1990-х годов. Когда супруг умер, сошлась с односельчанином Виктором, который к тому времени давно развелся с женой.

– По специальности я повар, – рассказала Валентина Чеботарева, – а еще я певица! В молодости несколько лет пела в ресторане «Жемчужина» в городе Горловка, но потом вышла замуж, и все кончилось. А я так мечтала стать артисткой!

– Вот и споешь на Новый год, – подзадорил ее Виктор.

Мужчина рассказал, что с этим праздником у него связано яркое воспоминание:

– Когда мы с первой женой поженились, а это было в 1975 году, у нас именно новогодняя ночь стала первой брачной. Кажется, это был лучший Новый год в моей жизни.

В хозяйстве супругов 15 кур, петух и коза Белка, которая дает немного молока. Старый дом Чеботаревых давно пора подлатать, но денег не хватает. У Валентины еще нет российского гражданства, поэтому ей приходится мотаться на родину за грошовой пенсией. Из-за больных ног эти путешествия становятся все сложнее.

Летом в Высочкино иногда приезжают дети и внуки Валентины.

Соседи Чеботаревых, братья Павловы, живут отдельно друг от друга в двух домах: 57-летний Александр – в родительском доме, а 55-летний Виктор – в 300 м от него в недавно купленном домишке. Рядом в старом сарае, переделанном под овчарню, содержатся их общие овцы и козы.

Старший брат долгое время прожил в Воронеже, работал на стройках, развелся с женой и вернулся на родину дохаживать родителей. Младший не был женат и всю жизнь прожил в селе, работал трактористом и скотником.

Кроме скотины у братьев около десятка ульев, так что живут они своим натуральным хозяйством.

Главная примета цивилизации в доме Александра – старые ячейки вокзальной камеры хранения, привезенные из города лет двадцать назад каким-то дальним родственником.

– Их в свое время списали, а он зачем-то мне их притащил, – пояснил хозяин. – Зато теперь у меня во дворе универсальный шкаф. В каждой ячейке я храню что-то важное и нужное для меня – в одной инструмент, в другой – пустые банки с бутылками, в третьей – старую обувь. А еще в одной птицы гнездо свили и даже как-то вывели птенцов – вот такие у нас деревенские тайны в камере хранения.

– Мы с брательником люди нестарые, поэтому, если захотелось съездить в город, звоним друзьям из Гремячьего – они приезжают на машине и отвозят нас, а потом назад  доставляют, – говорит Виктор. – У нас тут рядом маленький прудок, в гектар всего, мы его зарыбили, летом такая рыбалка классная! Часто рассуждаем с братом, уезжать отсюда или нет, и все равно приходим к одному выводу: остаемся!

А 64-летний Александр Тарасов с 61-летней супругой Евдокией бросили Воронеж на старости лет и стали сельскими жителями. Свой деревенский дом они отделали вполне по-городскому. Тарасовы держат кур и гусей – не на продажу, а только на еду. Если что потребуется, проскочить на «Ниве» до магазина в Гремячьем для них не проблема.

– Я родился здесь, но всю жизнь прожил в Воронеже, – сообщил Александр Тарасов. – Работал водителем, супруга – маляром. И вот уже два года мы безвылазно живем в Высочкино. Родина лечит – и высокое давление сбрасываетcя, и сердце стучит ровнее. В деревне я живу, а в городе – существую. Соседи там у нас – наркоманы, весь подъезд шприцами завален, никаких стимулов в городе оставаться. Тем более я с детства охотник, знаю здесь каждую ложбинку, каждый распадок.

Тарасовых частенько навещает сын Евгений – такой же заядлый охотник, как и отец.

Недавно собака супругов, эстонская гончая Лада, родила двух щенков – Алтая и Тайгу.

Хозяин собирается выводить их на прогулки, чтобы малыши привыкали к белизне бескрайних полей и зарослям, идущим вдоль узенькой речушки Сухая Верейка.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Главное на сайте

Сообщить об ошибке
Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: