Житель поселка Подгоренский Максим в начале 2024 года подписал контракт с Министерством обороны, последовав примеру своего коллеги. Все это время, уверен 46-летний Максим, его спасает от вражеской пули вера в Бога, к которой он пришел еще во вторую чеченскую.
«Кто-то должен защищать суверенитет нашего государства»
Герой публикации окончил девять классов школы №2 в городе Зверево Ростовской области и получил профессию сварщика. Службу по призыву Максим проходил во внутренних войсках оперативного назначения в Моздоке в Северной Осетии.
– Срочную службу я проходил в условиях боевых действий. Мы жили в палатках и выезжали в Чечню на задания. Тогда воевали все срочники, контрактников там не было. С началом СВО я понимал, что масштаб конфликта на Украине далеко не похож на тот, который был в Чечне, и идти туда надо, – объясняет свой выбор ветеран боевых действий.
На спецоперации, рассуждает боец, Россия отстаивает свой суверенитет.
– Если бы мы отдали Луганск и Донбасс, то всему миру показали бы, что слабые, – говорит Максим. – Там наши люди, они такие же русские. Как их бросить? Азовцы (батальон «Азов» признан террористической и экстремистской организацией, запрещен в России. – Прим. ред.) их бы уничтожили. ЛНР и ДНР – это наше достояние, именно их мы сегодня и отстаиваем.
Ранение
Сейчас подгоренец служит в ДНР. Во время зачистки Серебрянского лесничества, когда наши взяли опорник ВСУ и уже отходили к своим позициям, по ним начали работать вражеские минометы.
– Мы с другом спрятались за дубы, одна мина прилетает в 50 м, другая ближе. Говорю: «Кабан, надо уходить вправо, следующая – наша». Только я это сказал, рядом со мной разрывается мина. Я пришел в себя. Слышу, летит «птичка» с боеприпасом. Встаю, в ноге сильный хруст, упал, попытался опереться на руку и лезть на четвереньках – в руке хруст. Я начал просто кататься по земле и уклоняться от «птички». Закатился под заваленную сосну. Это меня и спасло, боеприпас упал и взорвался рядом.
До позиции Максим не дошел метров тридцать, сослуживцы оказали ему первую помощь в блиндаже и только утром эвакуировали в госпиталь.
Вера в Бога спасла от гибели
Восстанавливался подгоренец девять месяцев. Сейчас Максим передвигается с помощью трости.
– Жизнь мне все это время сохраняет Бог, – уверен военнослужащий. – Когда шли на штурм, я никогда Его не просил сберечь мне жизнь, я молился Богу за ребят, за то, чтобы он сберег им жизнь. Вера в Бога у меня появилась еще в Чечне. Мы по неделе дежурили на заставе. Однажды на дежурстве от сослуживцев я услышал богохульство, зашел спор о вере в Бога. Мне с ними стало некомфортно. Я удалился с места конфликта, и только я отошел, как именно в это место враг выстрелил из гранатомета. Погибли все, кто там был.
После участия в течение двух лет в контртеррористических мероприятиях на территории Чечни и приграничных регионов Северного Кавказа Максим вернулся на родину в Зверево. Год парень работал на угледобывающей шахте, позже искал лучшего заработка на местной птицефабрике. Работал монолитчиком – вахтовиком на стройках по всей России. В 2011 году ростовчанин приехал в Подгоренский район строить новый цементный завод и по счастливой случайности встретил здесь свою судьбу.
– С будущей женой Яной мы познакомились на дискотеке в районном Доме культуры, – вспоминает Максим. – Оказалось, она тоже родом из Зверево. Она первая спросила, что у меня за акцент такой – не подгоренский. И не поверила мне на слово, что мы земляки, пока я не принес на свидание свой паспорт.
Сейчас у супругов подрастают двое сыновей – 13-летний Данил и 5-летний Платон.
){kind=link}