Жительница Новохоперска Александра Лебединская родом из Ельцовки Алтайского края. Героиня поделилась с корреспондентом РИА «Воронеж» воспоминаниями о детстве в селе, где родилась актриса Екатерина Савинова, военных годах в тайге, встрече с медведем и работе крановщицей.
Из одного села
В фильме «Приходите завтра» главная героиня пишет письмо в деревню матери и передает в нем приветы доброй половине своих односельчан. Все звучащие в кадре имена и фамилии – подлинные. Среди них – и родственники жительницы Новохоперска Александры Лебединской.
![](/upload/medialibrary/96e/96ec2058c5b636d2cc0d80c4fda731e2.jpg)
Шура Лебединская (в девичестве Шахова), как и заслуженная артистка РСФСР Екатерина Савинова, родилась в селе Ельцовка Алтайского края.
– Савинова на десять лет меня старше, она училась в школе вместе с моей сестрой Зоей. Мне было лет восемь, когда Катя уехала из Ельцовки учиться на актрису. Время было тяжелое – война, но концерты в клубе устраивали. И когда пела Катька Савинова, как называли ее деревенские, собиралось все село. И я ходила. Голосище у нее – на полдеревни слышно было. У Екатерины была подружка Дуся Бурлакова. Ее фамилию и получила главная героиня фильма «Приходите завтра». Когда моя мама смотрела это кино, всегда сильно плакала. Ведь там называют имена нашей ельцовской родни. А еще мама при этом говорила: «Так все и было на самом деле. Так ее и провожали: на лошади с медом и вареньем…» – рассказывает Александра Ивановна.
По ее словам, в Ельцовке действительно было принято подолгу чаевничать. Так что «пять-шесть стаканов чаю с малиношным вареньем» – вовсе не придумка режиссера.
Спасибо маме и калине
У матери Александры Лебединской Вассы Арсентьевны было семеро детей.
– Неграмотная мама была. Но сообразительная, наблюдательная, проницательная. Волосы – до пола. Из-за этих волос ее даже из Барнаула приезжали фотографировать. В войну проводила двоих сыновей на фронт. Сама осталась с мелюзгой. Выжили все благодаря маминой заботе и калине, – говорит Александра Ивановна.
Таежная ягода – малина, черемуха, калина – особая. Крупная, душистая, сладкая.
– Калину заготавливали мешками. Смешивали ее с ржаной мукой и ставили на несколько часов в печь. Называлось это блюдо кулага. Она нас и спасала. Еще мама толкла в бочке смородину, добавляла картофельный крахмал, потом размазывала эту массу по длинной доске, а когда она высыхала, сворачивала и перевязывала нитками. А зимой на печке мы это угощение наперегонки чамкали, – употребляя сибирское словечко, вспоминает военное детство наша героиня.
В тайгу за ягодами ходили и взрослые, и дети. Однажды Александра с подружками встретились в лесу с медведем.
– Мы с одной стороны малину обрываем, а мишка с другой ветки обнял и ягоду наминает. Закричали да наутек. Помню, оглянулась – косолапый тоже от нашего крика убегает, – описывает встречу со зверем в тайге сибирячка.
А еще запомнился ей такой эпизод. В войну на семью в месяц выдавали килограмм сахара-песка. Мама разрешала детям лизнуть только по одному разу. Младший брат делал это сразу, а Александра бежала в сенцы, макала лицо в ведро с холодной водой, а потом уже в сахар. Так же намного больше сладенького прилипало. «Мамка, Шурка опять в ведро окуналась», – ябедничал братишка. Но мама только устало улыбалась.
![](/upload/medialibrary/093/09379e3b85548cdb2113ea9a9216b627.jpg)
– Помню, как вернулся старший брат с войны. Зима была лютая. Остановилась у двора тощая лошаденка. Мы выскочили босиком на крыльцо. А он вылез из телеги и стоит. На одной ноге. И с виноватой улыбкой – вот, мол, обузой вернулся. До сих пор этот взгляд – мне как ножом по сердцу. И ведь всю жизнь с одной ногой работал сварщиком. А второй брат после Победы и домой не доехал. Не стерпел сибиряк, высказал обидевшему солдат командиру, что у того под советскими погонами – фашистские знаки. На десять лет брата и определили, – рассказывает семейную историю Александра Лебединская.
Высота
После войны семья Шаховых перебралась в Кемерово. А Шуру потом и вовсе занесло аж в Якутию. Там она встретила свою судьбу – тезку Александра, уроженца села Алферовка Новохоперского района. Вместе они приехали в Кемерово. Муж работал на стройке бульдозеристом. А Шура пошла учиться на крановщицу.
![](/upload/medialibrary/af4/af47c1cd21e9af76855f409c67645b35.jpg)
– Много домов построила в Кемерово. Работала на башенном кране с высотой подъема около 30 м. А однажды на строительстве элеватора меня посадили за кран в 45 м. На таком только мужчины у нас работали. Залезла я туда, а все качается. Впервые испугалась, сижу, как воробей на ветке. Штурвал бросила, вцепилась в края кабины. Слышу где-то далеко-далеко привычные «майна-вира». Но реагировать не могу. И бригадир снизу как закричит: «Ты понимаешь, крановщик заболел, работать некому». Так смену и отбыла, – улыбается сибирячка.
В 1976 году Лебединские приехали в Новохоперск. Мужа потянуло на родину, жена – за ним. Работу высотница нашла быстро. В поселке Новохоперский строилось четырехэтажное здание завода прессовых узлов – филиала воронежского завода имени Калинина. Кран уже стоял, так что крановщица пришлась очень кстати.
Знаменитый фильм «Высота» бывшая крановщица хоть и любит (особенно за песню), но смотрит с иронией:
– Техника безопасности там на каждом шагу нарушается. Разве можно было на такой высоте танцевать?
Однако сама при этом показывает фото, на котором она стоит на кабине крана.
![](/upload/medialibrary/d84/d849776f7276860ec0820385e15f92cc.jpg)
– Женщины возле завода увидели, куда я залезла, вязать побросали, кричат мне: «Слезай, дуреха!» А я на кабине еще и дробушки отбила, – смеется покорительница высоты.
Кстати, в Новохоперске она тоже научилась прясть и вязать. Брала с собой спицы и клубок даже в кабину крана.
– Когда нам здесь квартиру дали, кругом поле было. В Кемерово на проспекте жили, а тут дикие кабаны под окнами ходили. Зато – в тишину местную я влюбилась, – признается Александра Ивановна.
Сейчас Александре Лебединской 82 года. К сожалению, уже год она прикована к постели. Весь ее мир теперь – это окошко. Она пишет стихи о жизни, о молодости, о черемухе, которую «любит насмерть», о своей далекой родине и о муже, который рядом уже 57 лет.