17 Октября 2018

среда, 14:22

$

65.98

76.50

Одни дома

, Рамонский р-н, текст — Леонид Шифрин, фото — Андрей Архипов
  • 1510
Одни дома

Приемные родители развелись, а дети остались с отцом в доме, из которого его скоро должны выселить по решению суда.

«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему» - первая фраза романа Льва Толстого «Анна Каренина» вполне можно ставить прологом и к нашей истории. Непростые семейные отношения, герой по фамилии Вронский - правда, его возлюбленную зовут не Анна, а Вера, и она, слава богу, под поезд бросаться не собирается. У нее другие планы на жизнь. У Дмитрия Вронского, оставшегося после развода с Верой с двумя приемными детишками на руках,  тоже. Главное для него сейчас – остаться с малышами в доме, вокруг которого развернулось настоящее сражение.

Обратил в свою - Веру

Каждое утро Дмитрий везет своих приемных детишек - 6-летнего Юру и его родную сестричку Машу (ей 4,5 года) в детский садик в центр Рамони. В 7 утра он их будит, одевает, кормит завтраком. И в путь.

- Папа,- когда ты нас заберешь из садика?- как обычно, интересуется Маша.

- Да скоро. Покушаете, погуляете, поиграете, и я приеду за вами, - отвечает Дмитрий, выгружая свою детвору из автомобиля возле ворот лучшего детсада поселка.

Вечером мы пьем чай в аккуратном домике на окраине Рамони. Рядом сидит огромный пес Лайм - помесь овчарки и лайки и улыбается по-собачьи, глядя на детвору.

- Смотрите, дядя, какие смешные рисунки, - тычет книжку-раскраску в колени корреспонденту РИА «Воронеж» бойкая Маша.

В компьютере Дмитрия – масса семейных фотографий. Вера везде улыбается, дети - тоже. Снимались все вместе постоянно: на море, в лесу, на прогулке, на семейных праздниках. После развода на вопрос Юры, а почему мамы так долго нет, Дмитрий ответил, что она уехала по работе.

Дмитрию 42 года, он из Подмосковья, из многодетной семьи, прописан у тетки в центре Москвы, по образованию – логистик производственного процесса. В 2005 году во время командировки в Воронеж познакомился с Верой – коллегой по работе в здешнем филиале конторы. К тому времени Вера, педагог-психолог по образованию, побывала замужем, развелась, детей не нажила, и ее сердце было свободно. Молодые поженились, некоторое время жили в Москве, где Дмитрий тщетно пытался наладить свой бизнес, а потому решили купить домик в деревне (для этого супруг забрал свою долю от проданной в Подмосковье большой квартиры), чтобы быть ближе к речке и лесу. Оформили дом с Верой в равных долях и решили – это на всю жизнь.

Жили вроде бы неплохо, только вот с собственными детьми не получалось, хотя возраст поджимал – свадьбу сыграли, когда жениху было 34 года, а невесте – тридцать. Врачи предположили, что проблема в Дмитрии. Супруги решили взять приемных детей. Дмитрий равнялся на свою бездетную сестру Галину, живущую в подмосковной Ивантеевке и взявшую под опеку двух мальчишек.

Дмитрий и Вера побывали во многих домах ребенка, пока не остановили свой выбор на Юре и Маше, уроженцах Панинского района, пьющая мамаша которых была лишена родительских прав. Ребятишки были здоровы, но сильно запущены и отставали в развитии.

Супруги обихаживали детей, как могли, с ними больше времени проводил Дмитрий, а Вера устроилась на работу по специальности в Рамонском районе. Отец иногда мотался в Москву, чтобы где-то занять, где-то заработать, но без особого успеха. Жили на Верины заработки и 20 тысяч рублей, которые получали от государства на детишек.

Детский лепет

Вере не нравилось, что ее муж никак не найдет себе работу. Вояжи Дмитрия в Москву, из которых он иногда привозил деньги, иногда нет, отсутствие стабильного заработка в итоге и доконали жену.

- Первое время после свадьбы мы жили в Подмосковье у его мамы, - рассказывает Вера, - я там работала на нескольких работах, практически содержала его, а Дмитрий все пускался в какие-то авантюры, пропадал целыми днями, но деньги приносил редко. Как-то вечером смотрю - встречает меня на новой машине и торжественно объявляет, мол, кредит взял. А гасить его пришлось из моих денег, да я и содержала мужа и его мать все это время, пока мы в Воронеж не вернулись и задумались о покупке домика в деревне. И здесь я пахала, как лошадь, на нескольких работах, так что всем этим, я думаю, вполне скомпенсировала и покупку его машины, и нашего дома. А дети… Наших отношений они скрепить так и не смогли.

В доме Вронских становилось все хуже и хуже, ссоры вспыхивали уже на пустом месте, дети прятали глаза от ссорящихся родителей.

- Я все пытался в Москве что-то заработать – там у меня много знакомых, но не получалось. Перед одной из таких поездок Вера поставила условие: напишешь доверенность на право распоряжения домом – поедешь. Меня время поджимало, поэтому пришлось делать так, как хотела жена. Конечно же, совершил грандиозную глупость, - сетует Дмитрий.

В начале 2012 году супруги, отчаявшись наладить отношения, развелись. Районная служба опеки и попечительства ходатайствовала перед судом о том, чтоб дети остались с папой, который в упомянутом отделе находится на очень хорошем счету как образцовый отец. А Вера написала отказ от статуса приемной матери, уехав жить в Воронеж.

Имея на руках доверенность на дом, она продала в нем две доли – свою и бывшего мужа - своей матери Любови Белонжкиной, которая вскоре обратилась с исковым заявлением в Рамонский районный суд. Он 18 марта и вынес решение выселить Дмитрия - разумеется, отказав при этом в выселении его несовершеннолетним детям. Этим же решением районному органу опеки и попечительства была предоставлена трехмесячная отсрочка для решения вопроса о сохранении либо расторжении договора о приемной семье, заключенного между Дмитрием Вронским и органом опеки и попечительства.

Договор дороже

Сейчас Дмитрий стоит перед выбором - оспаривать это судебное решение либо освобождать дом и вместе с детьми (одни там они, понятное дело, жить не будут) менять свою жизнь. Можно снимать квартиру в Рамони, можно поехать в Ивантеевку к сестре Галине чтобы как-то устраиваться в ее доме, о чем уже с ней имеется предварительная договоренность.

И тут уже рамонские районные органы опеки будут думать, оставлять ли детей с Дмитрием ( для чего ему надо будет доказать, что им всем есть где жить в нормальных условиях) или и возвращать их в приют. Или - искать для них новых маму и папу…

- Если это произойдет, я хотела бы взять ребят к себе и официально стать им приемной матерью, - говорит Вера.

- Я сделаю все, чтобы Юра и Маша остались со мной, - уверен Дмитрий, о котором соседи, жалеющее, говорят: «Облапошили мужика».

Руководитель службы опеки и попечительства несовершеннолетних, отдела по образованию, спорту и молодежной политике администрации Рамонского муниципального района Валентина Бушуева, с которой связался корреспондент РИА «Воронеж», говорила с ним неохотно и была немногословна:

- Дальнейшая судьба Вронского как отца приемных детей будет зависеть только от него самого, пока каких-то претензий к нему у нас нет. Больше на эту тему мне нечего вам сказать.

Ирина Бидина, специалист отдела опеки и попечительства Министерства образования Московской области по городскому округу Ивантеевка, сказала куда больше:

- Возможность переезда Вронского, историю которого мы знаем, вместе с детьми в Ивантеевку зависит не только от площади квартиры, где проживает его сестра Галина с двумя приемными детьми, но и от множества других факторов – здоровья детей, возможности их адаптации на новом месте, доступности медицинской помощи. С детскими садами, например, у нас большие проблемы. А как мы поняли, со здоровьем остались сложности - вдруг дети не смогут учиться в общеобразовательной школе, потребуется определять их в специальную коррекционную, которой в Ивантеевке нет? Никто не собирается препятствовать переезду Вронского с детьми сюда, просто в этой ситуации много нюансов, которые надо учитывать. Мы не сомневаемся в том, что Дмитрий хороший отец, но эта ситуация требует тщательной проработки, и мы будем общаться на эту тему с коллегами из органов опеки Рамонского района.

Впрочем, многое в этой истории еще требует осмысления и уточнений:

- У меня вызывает сомнения сделка с домом, в ходе которой Вера продала свою долю и долю бывшего мужа своей собственной матери. Тем более, что никаких денег за дом Дмитрий не получал. Думаю, сделка была небезупречной с точки зрения закона, и если это удастся доказать, то автоматически встанет под сомнения законность вынесенного судебного решения о выселении Вронского из этого дома. Потому сначала Дмитрию следует обжаловать судебное решение о выселении, а потом - обращаться в суд с исковым заявлением о признании сделки по продаже дома недействительной. А ответчику придется подтверждать факт продажи дома своей матери – то есть получение денег от нее и, в свою очередь, передачу денег бывшему мужу за его долю домовладения. Чего на самом деле, как я понимаю, сделано не было,- комментирует ситуацию пресс-секретарь воронежской областной коллегии адвокатов Алексей Гончаренко.

РИА «Воронеж» будет следить за развитием этой ситуации.

×

Добавить издание «РИА "Воронеж"» в ваши источники?

Новости из таких источников показываются на сайте Яндекс.Новостей выше других

Добавить

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter
Больше интересного в вашей ленте
Читайте РИА Воронеж в Дзене

Главное на сайте

Вход
Используйте аккаунты соцсетей
Регистрация
Используйте аккаунты соцсетей
CAPTCHA
Не помню пароль :(
Сообщить об ошибке
Этот фрагмент текста содержит ошибку:
Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter!
Добавить комментарий для автора: