Воронежский облсуд рассмотрит дело 53-летнего Александра Морозова, зарезавшего соседского подростка из-за брошенной «шестерки». После нового расследования, которого потребовали судьи в апелляции, квалификацию для Морозова ужесточили. Теперь он обвиняется в убийстве малолетнего (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ), сообщили журналисту РИА «Воронеж» в суде в среду, 3 февраля.

До этого Ленинский райсуд амнистировал Морозова за убийство в состоянии аффекта, которое считается преступлением небольшой тяжести. Мужчины освободили в зале суда. Приговор обжаловали мама и бабушка погибшего школьника. Гособвинители также не согласились с мягким приговором суда и просили направить дело на доследование. В итоге вторая инстанция признала, что приговор суда нельзя было строить на заключениях экспертов об аффекте у Морозова в момент убийства подростка. Ведь аффект – понятие юридическое, а не медицинское. Юридически же в судьи облсуда посчитали убийство подростка умышленным.

- Показания Морозова изначально говорили о том, что состояния аффекта в его действиях не было. Аффект – это внезапно возникшее сильное душевное волнение, лишающее человека обычной рассудительности и воли. Морозов же, увидев в окно людей у своей машины, действовал хладнокровно. Ничего не сказал жене и сыновьям, взял куртку с ножом в кармане и пошел к машине. Нащупав в куртке нож, подумал, что «есть чем припугнуть». А потом ударил мальчика ножом в спину, - пояснил журналисту РИА «Воронеж» представитель родных погибшего мальчика, адвокат Геннадий Романов. – При этом Морозов не заявлял в полицию, когда обнаружил, что из его «шестерки» пропала печка. Не обращался к правосудию, а решил сам вершить самосуд.

Прежнее обвинение Александру Морозову в убийстве в состоянии аффекта основывалось на заключениях двух судмедэкспертиз. Однако потерпевшие с самого начала настаивали, что из-за субъективности врачей действия Морозова были неверно квалифицированы, не оценивались остальные обстоятельства дела.

Психиатры же объяснили поступок мужчины крайне редким в уголовной практике состоянием аффекта – временным расстройством, возникшим из-за опухоли головного мозга. Так как силовики и суд приняли версию об аффекте, Александра Морозова амнистировали ровно через год после трагедии, случившейся 18 сентября 2014 года во дворе многоэтажки на улице Кропоткина.

В суде Морозов раскаивался в убийстве подростка, уверяя, что не желал ему смерти. Тем более не догадывался, что перед ним мальчик, а не взрослый человек, разворовывавший автомобиль. В связи с амнистией по нетяжкому преступлению Морозова освободили в зале суда в сентябре 2015 года.

До нелепой трагедии во дворе дома 53-летний Александр Морозов был хорошим семьянином, начальником подразделения крупного конструкторского центра в Воронеже.

Контекст

Как установил Ленинский райсуд, Морозов ударил соседского подростка в спину один раз «в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения» вечером 18 сентября 2014 года. Школьник стоял рядом с брошенной вскрытой «шестеркой», которая принадлежала Морозову. Мужчина увидел фигуру человека у своей машины из окна. Ржавую «шестерку» потихоньку растаскивали, и Морозов решил проучить воров. Он надел куртку, в кармане которой был нож и бросился вниз.

Все происходило в темноте, и Морозов, видя человека со спины, даже не предполагал, что перед ним 13-летний мальчик. Андрей (имя изменено) был высокого роста – 1 метр 76 сантиметров, в объемной куртке. Поэтому Морозов пояснял, что принял его за взрослого мужчину. После преступления Морозов поднялся к себе в квартиру, рассказал о случившемся жене и сыновьям, сам вызвал полицию. Уже через 20 минут он открыл полицейским дверь, отдал им нож и подставил руки для наручников. О том, что его жертвой стал мальчик, Морозов узнал в полиции, когда ему сообщили, что подросток умер в больнице.

Единственный удар ножа задел почечную артерию у подростка. Мальчик потерял два с половиной литра крови. И несмотря на операцию и переливание, школьник умер через несколько часов после ранения. Мама Андрея потеряла мужа, когда сыну было 3,5 года. Его, как и Андрея, убили десять лет назад. Воспитывать мальчика женщине помогали бабушки и дедушки. Сейчас с ней живет мать, и освобождение виновника гибели сына стало для обеих женщин тяжелым одним ударом.

Жители дома по улице Кропоткина, дававшие показания в суде, недоумевали, как гнилая «шестерка», «рухлядь на колесах» могла стоить жизни ребенку. Удивлялись, почему вдруг законопослушный гражданин бросился с ножом на человека. Припаркованная на тротуаре машина мешала жителям многоэтажки несколько лет, однако люди продолжали ходить мимо.

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter